Но те, кто ходил преодолеть границу не вернулись. Ни в первый, ни во второй раз. В третий желающих не было. Мой народ любит свой дом и особенно из него не рвется.

Теперь завеса убрана. Но добравшись к ночи до врат мы останавливаемся. Я никогда не видела их раньше. Огромные вытянутые вверх статуи, в каменных балахонах, соединившие свои костлявые руки, в виде арки. Балахоны словно надеты на невидимок и пусты. Но держат человекоподобную форму. Жутко…

Мы на севере больше поклоняемся духам предков, но и власть богов не отрицаем. У основания арки шесть знаков. Мама в детстве рассказывала мне о них.

Веду пальцем:

— Мер-Гур… Аш… Наду… Кайпо… Маха-Ра… Халиши…

— Давайте попросим у богов милости? — предлагает Ниса. — Какого бога ты хочешь попросить, Тат?

— Я не помню этих богов, — пожимает он плечами. — Шаманы попросили за меня духов.

— Духи наших предков остались на севере охранять Олор, вместе с Есыном. Мы вступаем на территорию богов. Не плохо будет подружиться хоть с одним из них. Но я тоже почти ничего не помню про них.

— Кайпо, — кладёт ладонь Ниса на его символ. — Помнишь твоя матушка говорила, что это бог бегущей воды, перемен, времени, котов, хитрецов и шутников. Давай принесем ему какой-нибудь дар и попросим о покровительстве?

— Кайпо? Да, пожалуй, он тот, кто сможет помочь мне. А что он любит?

— Я не знаю.

— Он бог бегущей воды, наверное он любит чистоту. Давай отмоем его символ, смотри сколько грязи и песка.

И пока мы с Нисой трём мхом и политой из бурдюка водой вырезанный в камне рисунок, Тат хмуро смотрит на нас.

— Зря вы это.

— Почему?

— Одного бога ублажите, другие обидятся.

— Что они дети — обижаться? Это мы им дети, — рассуждает Ниса. — Они боги, у них много дел. Им не до обид на простых сметных. Если не осквернять их имен, боги не наказывают.

— Боги не делают ничего просто так.

— Лучше помоги нам.

— Не хочу. Мне от них ничего не надо, — отходит он к лошадям.

— О чем попросим?

Кладем ладони на очищенный знак.

— Помоги нам вернуться сюда вдвоем!

Завеса снята, но идти мимо врат почему-то не хочется. Живот сводит потусторонним страхом, внушаемым с детства. За вратами виднеется куполообразная крыша храма. Почему капит-привратник нас не встречает?

Проходим через широкие врата, проводя за собой лошадей. Подкованные копыта гулко цокают по камню.

С другой стороны врат — вырезанная в камне карта нашего мира. Я сразу же вижу наш Олор. Ниже Ор и Эл. Еще ниже Борро… Большой тракт…

— Эй, капит! — зовет Тат. — Княжичи Олор явились.

Тишина… И то ли врата навеяли мне слишком много страха, то ли эта тишина какая-то неестественная…

Дверь храма приоткрыта и тихо поскрипывает на ветру.

Тат, оставляя поводья, идет к дверям.

— Тат… осторожно.

Вытаскивает клинок. Ниса вкладывает в лук стрелу.