Может, ему действительно требовался разговор с кем-то, кто едва его знал. С кем-то, с кем можно было поговорить, не слишком заботясь об эмоциональной реакции собеседника. Ведь ему действительно было глубоко наплевать, что он мог задеть чувства Лисицына, потому что Яр всерьёз сомневался в наличии у него этих чувств. Лисицын выглядел ходячей функцией, автоматом.

— То есть вы всецело принимаете предвзятое к себе отношение? — Яр следил за тем, как его собеседник воздаёт должное хозяйскому угощению.

— Почему нет? Я же прекрасно отдаю себе отчёт в том, что за работу я выполняю. Вы в полном праве меня недолюбливать, — на узкие губы вползла скупая улыбка. — Мягко говоря.

Яр не мог не воздать ему должное — этому человеку в трезвой оценке себя и других не откажешь.

— Вы поэтому на разговор напросились? — иронично осведомился Яр, покачивая своим стаканом.

— По разным причинам. Потому что их как минимум две. Разрешите, начнём с той, что попроще?

— Валяйте.

— Отлично. Просветите меня, Ярослав Дмитриевич, кто такой Анатолий Степанович Плотников.

Яр, конечно, надеялся, что на его лице не отобразилось в полной мере всё то изумление, что он испытал от такого вопроса. Но не мог бы ручаться, что Лисицын не уловил его колебаний.

— А вам вообще о нём откуда известно?

— Вы вряд ли поверите.

Яр сделал глоток и опустил свой стакан на круглый столик-подставку, высившийся между кресел.

— Кажется, сейчас я готов поверить всему, чему угодно.

— Воля ваша. Этот молодой человек встретился мне в саду. Во время моей прогулки. Сегодня днём.

Какого чёрта владения Громовых превратились в какой-то грёбаный проходной двор!

Обстоятельства требовали конкретных действий — он напичкает парк и сад камерами слежения и удвоит охрану. Чтобы никакие Плотниковы тут больше не шлялись.

— Анатолий Степанович какого-то чёрта решил, что обладает правом разгуливать по частным владениям, — процедил Яр и медленно выдохнул, уговаривая себя без толку не распаляться. — С недавнего времени он, к сожалению, наш сосед.

— Вот как, — Лисицын вновь пригубил из своего стакана. — Любопытная личность.

— Да не то слово.

— Он меня, представьте себе, о вас расспрашивал.

— Плотников?

— О вас с Алиной Сергеевной.

Какого…

— Это странно, не находите?

Да это не странно. Это уже, мать его, за гранью! Жаль только, что он лишь сейчас всё это узнаёт. Иначе их сегодняшний разговор с Плотниковым развивался бы совсем по-другому.

— Нахожу. Но, возможно, его интерес объясним, — Яр скрипнул зубами. — У нас общее прошлое. Со школы знакомы. А ещё он держатель моего долга.

Вот теперь он мог впечатлиться — ему удалось удивить Лисицына.

Потому что его собеседник округлил глаза и тихонько присвистнул.

Яр угрюмо кивнул.

— Вот такая тут у нас санта-барбара.