— Ещё Громов этот, — я присела на корточки, вынула из ведёрка с тёплой водой губку и принялась оттирать от пыли старую надпись «Здесь покоится…». — Терпеть его не могу. Очень надеюсь, что его предки были людьми более порядочными.

Хотя что тут гадать? Вот, последнюю волю своего садовника исполнили, хотя любые другие богачи могли и наплевать.

И свои соображения я подкрепила ворчливым замечанием:

— Вырождается род Громовых, скажу я тебе.

— Не могу с тобой не согласиться, — ответила мне плита знакомым голосом.

От неожиданности я покачнулась и едва не завалилась на спину.

Резко выпрямилась, отчего даже в глазах на миг потемнело.

От ствола клёна отделился Плотников и неспешно пошагал ко мне, не спуская взгляда с надгробной плиты моего предка.

— Добрый день. Интересные ты беседы ведёшь со своим уважаемым предком, Алина.

Глава 33

Я таращилась на шагавшего мне навстречу Плотникова и первые мгновения всерьёз прикидывала, не броситься ли наутёк.

Он пугал. Он меня откровенно пугал.

Он пугал меня в школе. Пугал сейчас.

Ничего не изменилось.

— Что ты тут делаешь?

Анатолий загадочно улыбнулся, и меня в дрожь бросило от этой улыбки.

Чёрт возьми, окраина сада, глухой угол. Это тебе не подъездной участок, не парадная аллея и тем более не крыльцо — камер наблюдения тут с роду не водилось.

И именно тут, в этой слепой зоне мне приходится сталкиваться с призраком своего прошлого. И у призрака этого кто бы ещё знал что на уме!

— Прогуляться решил.

— По территории чужой собственности?

Плотников становился в нескольких шагах от меня — весь из себя порядочный джентльмен в элегантном осеннем пальто и костюме, будто он в офис направился, а не на прогулку по чужому саду!

— Брось, Алина.

Это же самая что ни на есть окраина. Участок скорее твой, чем Громовых, и он даже не огорожен. Помнишь, как часто мы тут отдыхали?

Отдыхали?! Да он издевается.

Как часто он сюда наведывался, чтобы застать меня одну — так куда-а-а ближе к истине. Только вот я не хотела сейчас заострять на этом внимание. Мне и без того было очень не по себе.

— Не особенно, если честно, — я перехватила садовый веник поудобнее, всерьёз готовясь при необходимости пустить его в дело. — Кажется, наши воспоминания об этом месте немного разнятся.

От внимательного Анатолия не укрылось моё исключительно негостеприимное настроение.

— Я, должно быть, тебя напугал.

— Должно быть.

— Извини. Я такой цели совсем не преследовал.

Я, может и хотела бы ответить безукоризненно вежливо. Но страх не давал мне такой возможности. Всё во мне вопило о том, что необходимо держать оборону и зорко следить за тем, чтобы мои личные границы ни на сантиметр не нарушались.

— А чего ты тогда хотел? Только не надо опять говорить о прогулках. Это чушь собачья. Ни за что не поверю.