Снимаю записку с холодильника, вчитываюсь в буквы и улыбаюсь. Я его тоже люблю. Сильно. Хороший он у меня. Поэтому всё было не зря.

По своему состоянию понимаю, что без лекарства не обойтись. Слишком мне плохо. Ищу таблетки, наливаю в стакан воды.

И тут звонок во входную дверь. Настойчивый. От головной боли и неприятного звука виски ломит еще сильнее. И я иду в прихожую. Наверное, из-за того, что мне плохо, я не смотрю в глазок. Потом, когда всё закончится, долго ругаю себя за глупость. Но, как говорится - век живи, век учись, и все равно дураком помрешь. Или дурой. Это сегодня точно обо мне.

Надо было посмотреть в глазок. Я не посмотрела.

Стоит только мне повернуть замок, как входная дверь в квартиру сына распахивается. Резко.

А меня хватают за горло и как следует прикладывают затылком о стену.

Это Павел... Павел, с которым я прожила полжизни и который не поднимал на меня руку. Никогда.

- Ты, что, сука, о себе вообразила? Что бессмертная? Или что я - клоун?! - он прикладывает меня затылком о стенку еще раз.

Голова и так болела, а сейчас, кажется, лопнет. А еще его агрессия, выраженная в физическом насилии, вызывает ступор. Нехарактерное для меня состояние.

- Для чего было это представление в клубе? А?!

Я молчу.

- Отвечай, дрянь! - он меня отпускает.

Но только для того, чтобы замахнуться. Ступор у меня был, конечно, но одна рука что-то всё время шарила. В шкафу, который стоит в прихожей. Нашарила... Сапог мой на каблуке.

И одновременно с Павлом я замахиваюсь тоже. Я напугана, мне плохо. Я не понимаю, на каком свете нахожусь, потому что всё это для меня неприемлемо.

И это меня аккумулирует.

Я просто... Въезжаю бывшему мужу каблуком в лицо. В нос, если быть точнее.

- Аааа! - раздаётся протяжный то ли вопль, то ли вой.

Паша хватается руками за лицо, почти сразу проступает кровь.

Но меня это не волнует. Он рядом с порогом. Я собираюсь и бросаюсь на него, толкаю изо всех сил. И мне удается - я выпихиваю мужика из квартиры. Не знаю уж каким чудом. Но получается. Дрожащими руками я закрываюсь на замок. Затылок ломит. Пашка воет на лестничной клетке.

Трогаю себя за затылок. Чувствую на пальцах что-то липкое. Подношу пальцы к лицу - у меня кровь. Он мне голову разбил..."

"Вопросов, что делать, у меня не возникает. Никогда не повторяйте эту чушь про то, что если мужчина вас бьёт, значит, он вас любит. Нет. Это значит то, что вы для него - пустое место. И что вы срочно должны сделать всё возможное или невозможное, чтобы прекратить такое обращение с собой. Любой ценой.

Я вызываю полицию. Ничего не трогаю и жду, когда приедут. Вот теперь все мои сомнения разрешились. Это война. А на войне я пленных не беру.

Если Пашка так плохо меня изучил за всю совместную жизнь, ему предстоит узнать обо мне много интересного...