Контакт почти носом к носу длится всего несколько мгновений, но и этого хватило, чтобы между нами заискрило.

Я это чувствую, а она? Она тоже чувствует?

Лиза выдергивает руку из моего захвата, ноздри её носа трепещут.

— Ты пьяный, что ли? — тихо спрашивает она и смотрит.… гадливо. — Не позорься. Лучше к матери своей иди.

Злит!

Всего секунду назад меня пронзило какой-то нежностью, но сейчас гребаные качели сделали новый взмах и меня на огромной скорости швыряет в другую сторону.

Теперь я дико злюсь.

— Пойду, Лиз, пойду. Ты мне не указывай, ага? Мы ведь развелись!

— Вот именно, развелись! — кричит она. — Мы в разводе, Леша. В гребаном разводе! Так оставь меня в покое! Оставь! Иди и живи свою лучшую жизнь, с вечеринками и бабами, с друганами, перед которым не стыдно теперь рассказать, что у тебя вереница модельных телок, а не одна приевшаяся жена. Мы в разводе, твою в душу мать! ОСТАВЬ МЕНЯ!

В дело вмешивается бравый МЧС-ник. Никак не уймется, гондон!

— Мужик. Отойди, а? Не хватало нам ещё один приступ ловить. Только на этот раз уже у пострадавшей.

— Лиза… — с трудом сдерживаю дыхание. — Не пиши заявление на мать. Она.… Чёрт! Я вообще не знаю, почему она была у тебя. Она больная, ее надо лечить. Она прожила достойную жизнь.… Пожалей старого человека.

Глава 6

Алексей

Вижу, что Лиза задумалась.

Может быть, мама и учудила, у неё с головой не все в порядке стало. Но я проглядел, что всё стало настолько плохо.

Да, я продолбал, прощелкал клювом этот момент, потому что слишком сильно погряз в разборки с женой, потому что жил и дышал лишь тогда, когда мы сталкивались с Лизой.

Я не могу пережить ее уход и бесился, что она одну небольшую шалость простить не способна.

Неужели наш брак не стоил того, чтобы его спасать?!

Она ведь даже не попыталась выгребсти, сразу бросила весла, и нас понесло в водоворот.

Даже не пыталась выслушать и понять, сразу напала с обвинениями и криками.

Почему так?

Разве я был недостоин, чтобы меня выслушали и простили один грешок?

Я думал, ей надоест. Рано или поздно она устанет сопротивляться и поймет, о чем я кричал поступками.

Но жена оказалась глуха, она уперлась носом в стену и дальше не шла: измена-измена-измена!

Ах, изме-е-ена?

Кобель гулящий?

Что ж, я покажу, как выглядел бы гулящий кобель.

Сказано-сделано!

Все это время я показывал и доказывал ей, демонстрировал, как выглядел бы реально гуляющий кобель, но до жены не дошло.

Она лишь сильнее отдалилась.

И, если в начале была война, то после того случая, на старой квартире ее мамы, даже войны не стало.

Долбаное ледяное безразличие, которое убивало сильнее ругани.

Пусть лучше скандал и перья летят во все стороны, чем чинное спокойствие и деланно вежливый вид. К херам, пусть все взлетит на воздух….

Но сейчас….

Я в растерянности.