— Марта, ты никак не можешь быть от меня беременная, — говорит он убежденно. — Я всю ночь проспал как убитый. И вообще, я не пользуюсь услугами массажисток, у меня есть женщина. Огонь, а не женщина. Господи, Мартуся, да у меня дочь ненамного младше тебя!

— Почему вы так меня называете? — кошусь подозрительно.

— Потому что мою дочку зовут Мартина. Мартинка. И я тоже называю ее Мартуся. Как ты могла на меня такое подумать? — кажется, он сейчас лопнет от возмущения. А у меня мурашки идут по коже.

— Так, а кто же... — шепчу беспомощно, — с кем тогда...

Антон виновато вздыхает.

— Прости, я должен был тебе сразу сказать. В ту ночь я был в доме не один.

Глава 31-1

Если бы Росомаха сейчас бросился на меня и начал душить, это было бы далеко не таким шоком.

— Как это, — шепчу замогильным голосом, — как это не один? А кто же там еще мог быть?

Если он сейчас скажет, что это был Сосланбек, клянусь, я этого не переживу.

— Там был еще один человек, мой пациент, — отвечает Антон, продолжая смотреть взглядом, полным сочувствия, — приехал на реабилитацию. Я его оперировал, операция была сложная, плюс требовалось длительное восстановление. Специально для этого пришлось снять дом. Я же врач, — повторяет он, будто я слабоумная и не могу запомнить с одного раза. — Я думал, что он спит, вот и не стал тебе ничего говорить.

— Значит, — сиплю, — вы меня не специально опоили?

— Что ты, Марта! — Антон даже захлебывается от возмущения. — Он случайно перепутал лекарство, выпил то, что я оставил для тебя, а сам вышел прогуляться. Потому вы и разминулись.

Я молчу, шокированная его признанием. Это какой-то ужасный сон мне снится. Протягиваю руку и с мольбой прошу Росомаху:

— Ущипните меня.

— Зачем? — смотрит он с опаской.

— Ущипните! — повторяю требовательно. — Я хочу проснуться. Вы меня сейчас ущипнете, и сон пройдет. Это же настоящая дичь, а не сон.

Но Антон вместо того, чтобы меня щипать, берет мою ладошку обеими руками.

— Ты не спишь, Марта, — говорит он убедительно, — точно не спишь.

Я вцепляюсь руками в волосы и упираюсь лбом в панель автомобиля.

— Господи, ну почему это не вы, — стону горестно, — лучше бы это были вы!

Антон дергается, локтем вытирает лоб.

— Я так не думаю, — бормочет он и решительно поворачивается ко мне.

— На самом деле, это не такой ужасный сон, как ты думаешь, Мартуся. Мой приятель... Он... Он достойный, уважаемый человек.

Окидываю мужчину полубезумным взглядом.

— Только не говорите, — хриплю в ужасе, — не говорите, что это Сосланбек. Или Чабехан.

— Ты что! — пугается Росомаха. — Да Чабехан тебе в дедушки годиться! Как и Сосланбек.

— Откуда я знаю, — бубню, про себя выдыхая с облегчением, — я так поняла, они тут после моего отчима самые уважаемые.

— Нет, Мартуся, отец твоего ребенка, конечно, старше тебя, но не настолько.