Хотя в научной литературе имеется немало «окончательных» открытий центров или очагов антропогенеза, ведутся ожесточенные дискуссии на этот счет и даже есть научное направление «геногеография». Настало время остановиться на этом парадоксе подробнее.

Два вопроса заставляют нас это сделать.

Во-первых, почему колоссальные людские миграционные потоки европеоидов почти всегда (до ХХ века) стекали только сверху вниз, с Севера на Юг, и почти никогда — наоборот?! Почему кроманьонец упрямо, «квант за квантом», стремился на юг вплоть до Центральной Африки, Индии и Океании, выбивая с южных широт всех ранее расположившихся там конкурентов — вначале неандертальцев, а затем и собственных модифицированных потомков?

Во-вторых, если кроманьонец появился в виде современного человека на Севере, чуть ли не у кромки ледника, где никогда не было и нет ни человекообразных обезьян, ни палеоантропов, ни гоминид, — откуда, спрашивается, он взялся там, в столь неблагоприятной для зарождения жизни (и вообще для жизни) зоне, да еще сразу в столь совершенном, не требующем дальнейшей эволюционной доработки виде?! Напомню вновь уже цитировавшиеся слова Ойгена Фишера: «Нордическая раса возникла в результате модификации позднепалеолитической расы на Севере по мере освобождения ото льда обитаемых ныне мест.

Здесь возникла нордическая раса, тогда же она приобрела и свои типичные качества. Это наилучшее объяснение происхождения нордической расы».

Но ведь это «наилучшее» объяснение ничего не объясняет! Зная, что такая «модификация» не была эволюцией и что «позднепалеолитической расе» просто не из чего было возникнуть в условиях «освобождения ото льда» (а тем более до того!), на Севере, мы встаем в тупик перед этими вопросами.

Из тупика нас может вывести только одно: литосферная теория земных катастроф, созданная в 1920-х немецким метеорологом, аэронавтом и полярным исследователем Альфредом Вегенером. Основные соображения этой теории сегодня находят поддержку среди геологов, географов, археологов, историков, физиков, астрономов и богословов, ибо не противоречит всему колоссальному объему данных, накопленных названными науками.

[22] Постараюсь изложить ее с максимальной доступностью."

"Представим себе, что мы взяли апельсин и между кожурой и круглым внутренним съедобным тельцем залили жидкую смазку, так, что она повсеместно разделила внутри оболочку и ядро. А потом мы с нездешней силой бросили этот апельсин бесконечно далеко, придав ему еще легкое вращательное движение. И вот летит наш апельсин вперед, слегка при этом вращаясь вокруг своей оси.