А так – три метра – пустяк! Отлично сгруппировался, коснулся напряженными ногами каменных плит и погасил инерцию падения, перекувырнувшись боком и через спину. Иномирский камзол и здесь сказал свое слово: ни единого ушиба.

На ноги вскочил быстро. Огляделся – и сразу опознал хорошо знакомое место. И только после этого со злостью сплюнул в сторону одного из проходов с бормочущим зеленым дымом:

– Ну, гадость хохочущая, погоди! Посмотрим, кто из нас посмеется лучше!

Затем Дмитрию пришло в голову, что ведь он мог грохнуться не с трех метров, а, допустим, от самого потолка.

С подобной высоты можно ведь и ноги переломать. Тем более, что они босые и поцарапанные. Поэтому мысли пошли несколько в ином направлении:

«Вот упал бы я сюда и лежал, корчась от боли, а перескочить в другое место невозможно. И спускаться сюда без приказа всем запретили категорически. Хм! Да так и дуба дать можно от холода и голода! Нетушки, надо будет в это место какую-то сигнализацию провести, а охрану наверху на эти сигналы определенно сориентировать.

Глядишь, пригодится подобная предусмотрительность. Еще и сам себя по голове поглажу!»

Перейти из этого места в другое было невозможно. Поэтому шафик поспешил по витой лестнице наверх, туда, где в подвалах его строящейся башни располагалась внушительная дуга створа.

По вполне понятному смещению часового пояса в Ягонах шли последние часы ночи, и рабочих на строящемся объекте не было. А охранники, которые несли дозор по периметру возводящего фундамента, через пару часов с невероятным возбуждением и восторгом пересказывали пришедшим на смену товарищам:

– Тишина.

Никого. Полный покой. И вдруг снизу слышим грохот. Затем скрип по лесам, топот, ругань! Выбегает наш шафик, а на нем только этот его камзол. Коленки сбиты до крови, пальцы на босых ногах расцарапаны, а морда – такая довольная-довольная. Увидел нас, да как рявкнет: «Как служба идет, добры молодцы?» Ну, мы ему, мол, все в порядке, ваше магичество. А он так пальцем помахал и добавил: «Молодцы, не расслабляйтесь! А то скоро ваш король вернется…» Может, еще что кричал, да мы не расслышали: вот он был, а тут вдруг раз – и нет его! Как соль в воде, растворился. Только соль вначале хоть прозрачной становится, а этот сразу, целиком с камзолом исчез…

– И что? Босым-то он с чего был? – вопрошали изумленные товарищи. На что самый старший из дозорных ответил очень тихо и с оглядкой:

– Кажись, наше величество с шафиком где-то по девкам загуляли.