– Решил спутать все планы? Как собираешься добиться содействия, если чередуешь колкости с попытками ее прикончить?

Да, друг был прав абсолютно во всем. Но я не хотел признаваться даже себе, что девчонка меня волнует. Когда она попала к нам в руки, я планировал очаровать ее, заставить саму выбрать этот путь. Если понадобилось бы, готов был соблазнить ее и влюбить в себя. И что теперь?

Я чувствовал, что наше общение будет затруднено. Она меня ненавидела, а я не мог совладать со своим гневом и чем-то еще, чему я пока не подобрал названия.

– Ты прав. Тысячу раз прав, Эрик, – порывисто ответил я. – Но я не могу ничего с собой поделать. Она…

Я замолчал, не зная, что еще сказать. Я не мог поведать другу о странном чувстве и неконтролируемой ярости, овладевавшими мной, едва я оказывался рядом с Избранной."

"– Лео, ты просто обязан войти к ней в доверие, – горячился Эрик. – Иди к ней немедленно и постарайся быть милым. Извинись, в конце концов.

– Что?

Я на миг представил, как каюсь, скорбным голосом прошу меня простить. Это было уже чересчур.

– Ты не ослышался. Вперед. – Эрик указал мне на дверь.

Я сделал неуверенный шаг. Мгновение, и я снова владел собой. Со спокойным лицом я открыл дверь кухни и замер на пороге.

Лиза рассматривала продукты, выуженные из холодильника, и недоумевала, зачем они вампирам. Я отметил про себя, что в таком настроении она выглядит более привлекательно. Устало улыбаясь и переговариваясь с подругой, ведунья словно приоткрывала закрытую книгу, позволяя заглянуть в свой внутренний мир. Но мне абсолютно не хотелось узнавать истинное лицо Избранной. Я предпочел видеть маленькую злобную ведьмочку, мечтающую выдернуть мне клыки.

Она сыпала едкими замечаниями, а я не без удовольствия парировал ее выпады.

– А вампиры спят со смертными? – Она в очередной раз бросила мне вызов.

Я представил, каково это – овладеть телом смертной. Эрик знал об этом не понаслышке, но я с этим не экспериментировал. Хотя тут же отметил про себя, что на белоснежных простынях ведьмочка шикарно смотрелась бы с затуманенным желанием взором и с распущенными волосами.

– Еще как! – ответил я, живо представив эту картину. И, не удержавшись от желания подразнить ее, добавил: – Но это Эрик. Я же предпочитаю девушек своей расы. Вы для меня слишком неповоротливы и медлительны.

Лишь на мгновение она растерялась, но я уже видел, что очередная колкость готова сорваться с ее языка. Она оправдала мои ожидания и в этот раз.

– Фи, как это отвратительно – спать в одной постели с трупом, – брезгливо поморщилась она.

Я задохнулся от гнева. Это был перебор. Но необидное сравнение с трупом вывело меня из себя (я привык к подобным сравнениям благодаря многочисленным дешевым изданиям).