— Сами идти сможете?

Стиснула зубы.

— Я в порядке.

— Тогда забирайте венец, и уходим.

Какая-то навязчивая мысль не давала мне покоя, крутилась и крутилась, зудя осенней мухой. Но сознание еще не до конца прояснилось, оставалось мутным и вязким, и мысль ускользала.

А Чидлис торопил:

— Давайте же, Элис. А я возьму леди Гестину. Кажется, ей совсем плохо.

Последние слова все решили. Надо срочно помочь маме, остальное неважно. Потом разберусь.

Опираясь на предупредительно подставленный локоть, подошла к окну, взяла протянутый кинжал, закусила губу и быстро чиркнула по ладони. Руку обожгло болью, оружие тут же перешло назад к хозяину, а я резко выдохнула и приложила ладонь к стене, пачкая серые камни кровью.

Кожу закололи тысячи невидимых иголок.

Проверка…

Значит, все идет, как надо.

А потом камень словно расплавился, образовывая аккуратное прямоугольное отверстие.

— Доставайте.

Не глядя, нащупала ажурный зубчатый венец. Потянула к себе.

— Давайте сюда.

Лихорадочное нетерпение в чужом голосе неприятно царапнуло. Но Сол уже вынул из моих подрагивающих от слабости пальцев корону. И в тот момент, когда сокровище Сеоров оказалось у него, я вдруг совершенно отчетливо осознала, что меня все время беспокоило.

«Этот высший тебе поможет», — сказал ли Норд.

Этот высший… Но как герцог узнал, кто скрывается под теневым плащом?

— Поняла, да? — криво усмехнулся Сол, сверля меня тяжелым взглядом. — Умненькая девочка. Даже после иссушающей ловушки и браслетов догадалась.

Мужчина менялся на глазах. С лица фальшивой маской стекала предупредительность и забота, сменяясь отчужденностью и властным высокомерием.

— Элис, Элис… А ведь я даже готов был на тебе жениться. Сама не захотела. Впрочем, что ни делается, все к лучшему. Слишком сообразительная жена мне точно ни к чему.

— Значит, это не Тэйн, вы… Вы тот высший, что связался с чистыми.

— Ну да, я, — ответил Сол. Так просто, словно речь шла о самых обыденных вещах. — И этот напыщенный индюк узнал именно меня. По артефакту, который защищает от антимагических чар.

Мне продемонстрировали массивный перстень на безымянном пальце.

— Вы и ли Норд… — я все еще не могла опомниться. — Он же виновен в смерти вашего брата.

— За что и поплатился, — Чидлис оскалился и пнул носком сапога отрубленную голову. — Не сомневайся, я доберусь до каждого, кто в этом замешан. И уничтожу. Кровь Чидлисов неприкосновенна. Сейха жаль, — добавил он уже спокойнее. Но брат мертв, его не вернешь. Это не должно мешать моим планам.

Я в ужасе смотрела на этого монстра в человеческом обличии.

— Тебе, наверное, интересно, что за планы? — поинтересовался он, склонив голову набок. — Вижу, что интересно. Что ж, удовлетворю твое любопытство. Оценишь грандиозность моих замыслов.