Содрогнувшись от омерзения, он рывком отбросил в сторону размахивающее руками тело, пытавшееся поймать его, и скрылся за углом командирского дома, тяжело переводя дух и пытаясь погасить приступ тошноты. «Блин, да что же это творится?!» Наконец, совладав с потрясением, Седой выглянул из-за угла – монстры в камуфляже не заметили произошедшего и скрылись из виду. Еще раз с отвращением взглянув на пытавшееся подняться туловище ребенка, Сергей подкрался к двери и подергал за ручку. Заперто… Ну, этого и следовало ожидать! Седой с долей восхищения покачал головой: «Вокруг него целый городок вампиров, а он, сука, бухает! И где только пойло берет, не иначе – имел нехилый запас».

А что у нас с окном? Слава богу, сюда не докатилась мода на пластиковые пакеты – обыкновенная застекленная рама. Сергей схватил булыжник, валявшийся рядом, и швырнул его в окно. Хрустальный звон падающих осколков… Решетов настороженно огляделся – никого, очистил раму от остатков стекла и осторожно пролез в образовавшуюся брешь. В ноздри сразу ударил запах застоялого перегара и еще бог знает какой вони. Сморщив нос, Седой прошел в соседнюю комнату, где возлежало похрапывающее тело хозяина дома.

– Эй, Чума! – пошевелил он ногой бедро полковника. – Глаза открой! Пришла пора исправлять свои «косяки»!

– И-иди нах… – пробормотал пьяный и перевернулся на другой бок.

Превозмогая отвращение, Седой присел на корточки и с силой надавил на болевую точку за ухом командира спецназа. Через мгновение тот застонал и открыл мутные глаза:

– Кто? Че надо?!

– Позже, командир, позже, – ответил Сергей, доставая из сумки волшебный флакон, – похмельнуться хочешь?

Опухшая морда радостно ощерилась и жадно открыла вонючий рот, куда Решетов благополучно отправил содержимое капсулы. Затем, слегка отодвинувшись, он сел на пол и стал наблюдать за эффектом экстренного отрезвления. Пару секунд ничего не происходило… Затем тело полковника вытянулось в струнку и выгнулось, а изо рта извергся поток зеленоватой и склизкой жидкости. Потом мышцы расслабились, и какое-то время вояка лежал неподвижно. Сергей восхищенно наблюдал за тем, как спадает обезобразившая лицо многодневная опухоль, как кровь приливает к мертвенно-бледным щекам полковника. Прошла еще минута – и пациент вновь открыл, на этот раз – вполне осмысленные, глаза и, непонимающе оглядевшись вокруг, робко спросил Седого:

– Что происходит? Кто вы?

– Вот это – разговор! – обрадованно потер ладони Сергей. – Ай да Аанс! Надо бы и мне на всякий случай парочку таких флаконов!

– Я спрашиваю: кто вы? – строго повторил свой вопрос очухавшийся командир.

– Я – СВОЙ! – улыбнулся Сергей.