В голове тут же заметалось множество мыслей о том, почему он об этом спросил. Главная из которых была: «Неужели догадался о нестабильном источнике?!» Магия тут же взбурлила, грозя нехорошими последствиями. А ведь Лайза меня предупредила, что нужно поберечься…

Марсель увидел мой испуг и тут же оказался рядом. Развернул стул вместе со мной к себе и взял мои ладони в свои, согревая вмиг похолодевшие пальцы.

— Эйлин, все хорошо. Просто поставь щиты. Для этого нужно совсем мало сил. Магичить как-то иначе первые дни после такой встряски не стоит. Я просто не хочу, чтобы ты волновалась. Хорошо?

Он словно гипнотизировал меня своим взглядом, и я медленно кивнула. Потом прикрыла глаза, сосредоточилась и наложила на разум ментальные щиты. Они сейчас и в самом деле очень кстати. На меня снизошло спокойствие, граничащее с равнодушием. Именно поэтому я и не любила это состояние. Сейчас мне было плевать, даже если бы Марлена объявилась на пороге и заявила, что перебила всю академию. Конечно, я утрирую. Такая встряска пробила бы какие угодно щиты, но…

— Молодец. — Марсель отпустил мои руки и, взяв стул, сел напротив. — Я знаю, что у тебя проблемы с даром. —Мои щиты дрогнули, но удержались. — Мне не составило труда соотнести детали и понять, что выброс, закрывший в зале портал, вовсе не был обдуманным поступком.

Я невольно сглотнула, не торопясь открывать глаза — почему-то так говорить сейчас с Марселем было проще, — и спросила помертвевшим голосом:

— Комиссия уже в курсе? Когда за мной приедут?

— Эйлин! — внезапно рявкнул Марсель и встряхнул меня за плечи. Я испуганно распахнула глаза. — Никогда! Слышишь? Никогда я тебя им не отдам! — И прижал меня к себе.

Его глаза обжигали зеленым огнем, руки казались горячими даже через платье, а напряженная грудь была будто стальной. И несмотря на доводы разума, который сейчас холодно подкидывал мысли о том, что это может быть ложью или манипуляцией, я верила Марселю. Даже если меня ждет монастырь, отправит меня туда не он.

Я расслабилась и положила голову ему на грудь, ощущая, как теплеет в районе сердца.

— Я не отдам тебя этим стервятникам, — уже гораздо тише и спокойнее повторил Марсель и обнял совсем иначе: нежно и бережно. — Но ты ведь понимаешь, что с твоим источником нужно что-то делать?

— Понимаю. — Я отстранилась и заглянула ему в глаза. — Ты знаешь, как его стабилизировать?

— Нет, пока не знаю. Но обязательно выясню. Не может быть, чтобы не было способа. К тому же ты как-то дожила до своих лет и никого не убила. — Он улыбнулся, но у меня сбилось дыхание, и я сильнее вцепилась в лацканы его кителя. — Или убила? — Улыбка сползла с губ Марселя, и он нахмурился, изучая мое лицо, на котором наверняка не осталось ни кровинки.