После чего сели за столик и уткнулись в меню.

— Не понимаю тебя. Некоторые адепты вполне могут себе позволить поход в такой ресторан. Дарил — сын одного из графов Приграничья.

— Да не в этом дело, — откинулся на спинку стула Марсель и устало потер переносицу. — Ладно, может, и правда мне только кажется.

— Тебе нужно больше отдыхать, — с сочувствием посмотрела я на него. — Есть какие-то подвижки в расследовании? Когда оно уже закончится?

— Что-то есть, как не быть…

Марсель привычным движением поставил вокруг нас полог тишины. Я давно заметила, что стоило нам в общественном месте заговорить о чем-то, что связано с его работой, как он устанавливал полог. Это явно было уже въевшейся привычкой."

"— Ты же знаешь, что Даниэля послали сюда не зря. Он должен был разобраться, что стало не так с системой образования адептов. Я не верил, что все дело только в усугубившейся ситуации на границе. А ведь потери там стали необоснованно большими. Официальные проверки с границы и из академии обычно возвращались ни с чем, и я надеялся, что Даниэль сможет изучить ситуацию изнутри и подтвердить или опровергнуть мои подозрения. До недавнего времени мы многое из того, что удавалось узнать, не могли до конца понять, однако сейчас преподаватели и адепты, пришедшие в себя после влияния на организм яда арахнидки, рассказывают много интересного. Но знаешь что? — Он невесело усмехнулся. — Недавно я понял, что, если бы не ты, Марлена и дальше бы продолжала спокойно работать, влиять на ректора и разваливать систему обучения, а мы бы еще долго не смогли это понять.

— Я?

Я была так удивлена, что, не будь над нами полога, своим возгласом точно бы переполошила весь ресторан.

— Вообще-то это закрытая информация, — поморщился Марсель, явно собираясь свернуть неудобную тему.

Судя по всему, он просто расслабился в моем обществе и от усталости сболтнул лишнее. Вот только после таких заявлений я была обязана узнать правду! Жалко, Ё-ё остался в академии с Моникой. Он бы меня поддержал в этом стремлении. Но похоже, у ежа и крыски тоже намечался романтический ужин. И что-то подсказывало, что Марсель каким-то образом умудрился договориться с Моникой — слишком часто в последнее время она отвлекала внимание Ё-ё, когда мы оставались наедине.

— Марсель, я же напридумываю себе кучу ужасных вещей, если не расскажешь, почему так думаешь! — Я положила ладонь на его руку, лежащую на столе.

Он несколько мгновений на нее смотрел, а потом обхватил двумя своими, поцеловал и прижал к своей щеке.

— В этом нет какой-то стратегической тайны, но не стоит об этом распространяться, — наконец ответил он.