Глава седьмая

Иван Кольцо приподнялся с места, вглядываясь вперед, куда могучие воды Амура неторопливо катили двенадцать казачьих расшив. Третий день казаки ждали появления моря, обещанного местными жителями и нарисованного на карте магаданцев. Нет, река очередной раз поворачивала, равнодушно продолжая свой путь между крутых берегов, заросших дальневосточной тайгой. Огромные кедры и даурские лиственницы возвышались на склонах сопок, словно мачты на палубах парусных кораблей. Изредка караван проплывал мимо полей, засеянных гаоляном, мимо даурских селений, откуда на невиданные лодки смотрели дети и женщины.

Мужики дауров и айнов поразительно походили на русских: бородатые, часто с трубками, спокойные, молчаливые.

– Чайка! – крикнул младший сын Степана Малыги со второй расшивы. – Смотрите, морская чайка!

Вдоль берега реки, низко прижимаясь к водной глади, стремительно пронеслась острокрылая птица, поднимаясь вверх против течения реки. За ней показались еще две чайки, пролетевшие над лодками казаков. Огромные птицы совсем не походили на небольших чаек с озера Байкал, на берегу которого зимовал караван Ивана Кольцо в прошлом году.

Эти чайки наверняка океанские, с Тихого океана, как называли огромное море на Востоке магаданцы. Казаки опустили весла и умиленно перекрестились, любуясь огромными птицами. Люди в команде Ивана собрались бывалые, тертые, все поняли без лишних слов, что скоро будет океан, скоро закончится трехлетняя бесконечно долгая дорога на Дальний Восток, к далеким берегам Тихого океана, на крайние владения Московской Руси.

Атаман казаков опустился на свое место на первой лодке, немного приподнятое над остальными гребцами, привычно потеребил кольцо в правом ухе и ухмыльнулся.

Да, рискнул пять лет назад Иван, ушел от сытной жизни в Томске, поставил все на малопонятных русов, на поиски незнаемого, на дальнюю дорогу и, как всегда, выиграл. Теперь все на Руси Великой будут знать, что Иван Кольцо не просто один из соратников великого Ермака Тимофеевича, завоевавшего Сибирь, а именно Кольцо открыл дорогу на Тихий океан. Прошел через горы и тайгу, холод и вражеские набеги, наветы завистников и блага спокойной жизни, отверг все, но добрался до края земли русской. Здесь, на восточном краю Сибири, на побережье океана, называемого магаданцами Тихим, будет основана русская крепость. Знак того, что православные люди трудом своим и духом сильным прославят Русь Великую на весь крещеный и некрещеный мир.

Откинувшись на мягкую шерсть старого тулупа, Иван скрипнул зубами от боли в спине: ранения и простуды давали о себе знать. Спина болела все чаще, порой скручивало так, что до нужника на карачках приходилось добираться.