Пехота там что, совсем мух не ловит? Захватили деревню, и пошли по домам греться и жрачку искать. Я-то думал, там целый батальон крепит оборону. Оказалось два пулемёта и кучка стрелков. Опять печалька. За раздумьями я даже не заметил, как командование куда-то удалилось, и пришли подносчики, доставив остаток боеприпасов.

— Э гьлюпий пьтица, говорил нада больше брать, нет, упёрлись, тяжело, стреляют. — Ругался Махмуд.

— Ты чего там шумишь? Товарищ Рафик.

— Как тут не шуметь, товарища сержант. Говорил этим кутак башам, брать четыре коробка, нет, взяли две. Моя нёс четыре, дотащил. Там ещё старшина сильно ругалася, говорил пустая коробка нада.

— Вот ты и собери все пустые лотки, отнесёшь на опушку, обратно принесёшь полные.

— Почему я? Товарища сержант.

— Я же тебя не называю членоголовым маймулом. А почему ты себе такое позволяешь? Думаешь, если по своему материшься, тебя никто не понимает? Это залёт, товарищ Рафиков. И я не понял? Ты почему ещё здесь? — Махмуд испаряется, а я продолжаю воспитательные мероприятия.

— Идите-ка сюда друзья подносчики. Где ваше оружие?

— Не выдавали? — отвечает Гусев.

— А в окопе что, буи стоят? Или это винтовки.

— Так они же не наши, да и коробки без них легче носить. — Это уже Лебедев.

— Да какая к чертям собачьим разница, ваши они, или трофейные, это в первую очередь оружие, а вы сол… бойцы Красной армии, — чуть не оговорился я. — А боец без винтовки не воин, а штафирка. Бегом вооружаться. — Ещё двое растворились как пьяный ёжик в тумане. Солдат с инициативой это хорошо, но если этот боец начинает припахивать своих сослуживцев, сначала по службе, а потом по своим прихотям, это ни есть хорошо. Тем более некая хитрожопость у Рафикова присутствовала, и слова он коверкал не потому, что плохо язык знал, а с какой-то своей определённой целью. Есть ещё и другой нюанс, сегодня он над своими приподнялся, потом на сержанта забил, ну а после и на офицера положил большой и толстый. Ну, допустим с сержантом, может возникнуть проблема, все отмазки хитросделанных я знаю, да и в дыню зарядить для большей усвояемости не постесняюсь. А вот молодого «офицера» промурыжить, такой тип сможет, поэтому придётся рубить на корню любые проявления волюнтаризма.

Глава 4

Два брата-акробата управились за пару минут, сбегав за трофейными карабинами, и стоят уже возле меня.

— Товарищ сержант, ваше приказание выполнено. — Рапортует Гусев.

— Ну, вот, молодцы. Ничего не забыли? А теперь посмотрите на меня и на себя. Чего не хватает? — спрашиваю я.

— Пистолета⁈

— Пистолета это понятно. А ещё чего? Чем стрелять будете?

— Из винтовки.

— Гусев, ты русский вообще? Не из чего? А чем? Разницу улавливаешь?"

"— Так винтовки же заряжены, а в них патроны. — Приходит Лебедев на помощь напарнику.

— А ты проверял?

— Нет.