Мы ничего не теряем, откупившись мизерной суммой. Провожаю делегацию к дверям лифта, улыбаюсь, словно ошалелый, ещё больше нервируя Сеню и его свиту.

‒ Где ты это взял? ‒ Арсений придерживает рукой дверь лифта, бросая вопрос напоследок.

‒ Я тебя предупреждал ‒ месть обманутой женщины страшна.

Створки медленно закрываются, скрывая от меня человека, который лишь сейчас осознал, насколько фатальную ошибку совершил, потеряв всё. Невероятное количество усилий, времени и лжи пошли насмарку. Нельзя недооценивать женщину, которая ради мужчины пожертвовала всем.

‒ Серёга, ну ты даёшь! ‒ Наконец-то Красовский получил возможность не сдерживаясь выплеснуть эмоции. ‒ Когда ты озвучил новую сумму, дар речи пропал. Ещё позавчера сожалели, что придётся Пронину отстегнуть такую сумму, а сегодня, можно сказать, лёгким испугом отделались.

‒ Нигматуллович, что было в папке? ‒ Икрем задаёт вопрос по существу, понимая, что синий прямоугольник сохранил нам значительную часть средств.

‒ Не так давно Сеня с Полиной попали в аварию. За рулём был он, пьяный, сбил человека. Засунул за руль Полину, чтобы избежать наказания, но фото с камер наблюдения, составленный протокол и показания свидетелей сохранились. Откупился, замял дело. Но ты же понимаешь, Икрем, если грамотно раскрутить это дело, подтянуть нужных людей и устроить резонанс, реального наказания Пронину не избежать.

‒ Где взял?

‒ Полина позавчера принесла. Сеня не только скрыл от неё факт наличия законной жены и детей, но и отказался делиться. Она без сожалений его слила.

‒ И только? ‒ удивляется Игнат. Он прекрасно знает, что моя бывшая жена ничего не делает просто так.

‒ Планировала, что явка с повинной будет воспринята мною как извинения и я предоставлю ей возможность снова стать Алиловой.

‒ А ты? ‒ интересуется адвокат, в глазах которого загорается недобрый огонёк. Икрем не терпит, когда дела, которые он ведёт, не имеют логического завершения и, соответственно, оплаты.

‒ А я прошу тебя завтра съездить в ЗАГС и получить моё свидетельство о разводе. Оно должно быть у меня к обеду.

‒ Будет исполнено, ‒ мысленно Икрем злорадствует, как и все, кому никогда не импонировала Полина.

Удовлетворённый результатом сегодняшней встречи, быстро собирается, чтобы покинуть нас с Игнатом и отправиться в суд.

‒ К чему такая срочность? ‒ Теперь, когда мы остались вдвоём, друг имеет возможность открыто расспрашивать о личных планах.

‒ В понедельник мне был выставлен ряд условий. Понимаешь кем. ‒ Сухой кивок Красовского позволяет продолжать без имён. ‒ Основное и главное ‒ моя свобода, подтверждённая документально.

‒ И тут я её понимаю. Неприятно, когда за спиной маячит тень жены, почти бывшей, но по факту законной.