— Дети мои, — слабым голосом начал Никон, — я получил весточку из Берлина, потому и вызвал вас. Сектант, называющий себя Макс Са, отбыл с небольшим отрядом в городок Мехик и прислал оттуда гонца к Терсу с требованием подкрепления.

— Самое время напасть на Берлин, отец, — перебил Никона Синод.

Укоризненно взглянув на сына, Патриарх продолжил:

— Мне удалось узнать, что проклятый чужеимец в некоторых вещах говорил правду. На севере есть сильное государство немцев, и, судя по всему, они идут войной в нашу сторону. С одной стороны, Русы одной крови с нами, но Берлинцы — безбожники, не признающие нашего Господа.

С другой стороны, — и это информация достоверная, — немцы — христиане, хотя и лютеранского толка. Кто нам ближе — Брат по крови или брат во Христе?

Никон устало откинулся на подушку. Молчание нарушил император Тихон: будучи всего на год старше Синода, он отличался редкостной логикой.

— Отец наш Никон, я думаю — нам ближе тот, кто может победить в этой войне.

Губы Патриарха тронула слабая улыбка: из рассудительного Тихона и вспыльчивого Синода получился бы хороший правитель, возжелай Господь соединить их характеры в одном человеке.

— Нам никто из них не ближе, — возразил Синод, — одни — безбожники, вторые — люди чужой крови. Надо напасть на Берлин и прибрать его к рукам, а потом, — он сделал паузу, ловя реакцию отца, — выступить против немцев, чтобы никогда не ступала их нога на землю русскую.

— Брат мой, Синод, — император встал и прошелся по комнате, — не лучше ли нам их оставить пока в покое, пусть воюют друг с другом. А мы потом обрушимся на победителя и приберем всё к рукам.

Никон открыл глаза: он услышал то, ради чего пригласил племянника и сына.

— Мы подождем, если Берлин не падет под ударом немцев, заключим соглашение с немцами. Макс Са для нас опаснее чуждых по крови. Если Берлин падет — тогда мы придем на выручку Русам и будем спасителями для них. Это приведет безбожников к нам, к нашему Господу и посрамит проклятого чужеимца. А сейчас оставьте меня, я очень устал. Данк, проводи моих детей и дай мне воды, — Никон смежил глаза, давая понять, что разговор окончен.

Прислушиваясь к шагам в коридоре, он пожалел, что Синод не отличается благоразумием Тихона.

Именно рассудительность и выдержка потребуется "" христоверам"" в этом странном противостоянии, что началось с появлением Максима Серова.

Глава 8. Мышеловка

Берта, лазутчика немцев, убили тихо и без шума. Ночью его труп следовало притопить в болотах. Зира и Акрам были посажены в подвал с надежной охраной. Гуран отбыл с двумя всадниками в Берлин, чтобы вернуться с подмогой. С собой они по моему совету взяли запасных лошадей: до полнолуния оставалось примерно девять дней, за это время следовало сделать многое.