Лица Русов, которые сопровождали меня во дворец, были грустны. «Вот дурак, — чуть не хлопнул себя по лбу, — они слышали весь мой разговор, наверное, решили, что про отказ от Макселя я говорил серьезно».

— Ребята, — остановившись, оглядел хмурые лица молодежи, — у нас не получится воевать против немцев и Макселя одновременно. Поэтому мне пришлось соврать, сказав, что Максель меня не интересует. Но это не так: Максель — сердце империи Русов. Придет время — как только разберемся с немцами, каждый сатанист ответит за всё зло, причинённое Русам.

— Макс Са, а может, нам стоит вначале разобраться с Макселем и готовиться к отражению врага с севера? — подал голос Терс.

— Если мы начнем войну с Макселем, немцы не будут ждать итогов боёв и ударят нам в спину. А вот Максель будет ждать, чем закончится наша война с немцами, надеясь добить нас, уже ослабленных. Кроме того, не забывайте, что в Макселе живут Русы, не так легко будет их погнать на войну против нас. Сатанисты смогут рассчитывать на свои силы и на некоторых Русов, примкнувших к ним.

— Русы поднимутся против сатанистов, как только ты появишься в Макселе, — Баск весь раскраснелся от предвкушения мести."

"— Поднимутся, — согласился я. — И есть одна задумка, она и позволит нам избежать ненужного кровопролития. Но прежде всего надо разобраться с противником с севера. Мы не знаем, сколько их, только в курсе, что они лучше вооружены. А сейчас, Терс, нам надо к кузнецам, мы не закончили с арбалетами.

С кузнецами разговор затянулся, но в итоге удалось добиться того, что теперь они четко понимали, чего от них хотят. Выйдя во двор вслед за ними, увидел военачальника Борда, входящего в крепость. Эти два дня после боя тот отлеживался у себя дома: головой о камни приложился он основательно. Остановившись в пяти шагах от меня, командующий опустился на колени:

— Макс Са, я вел себя дерзко, забыв, что передо мной Великий Дух. Прости мне мою дерзость и позволь служить Тебе так же, как Терсу и Берлину.

— Встань, Борд, — подойдя к воину, протянул ему руку. Тот боязливо взглянул мне в глаза, подавая свою.

— У нас говорят: «Что было — то прошло». Не забывай, кто я, помни о своем долге и служи мне верно. Завтра с утра собери всех воинов, пеших и конных. Пусть все наденут свои доспехи, будем проводить строевой смотр.

— Хорошо, Макс Са, — почтительно наклонил голову Борд, не скрывая своей радости от моих слов. На его подбородке с левой стороны чернел темно-лиловый синяк, часть подбородка была еще отечна, отчего лицо воина скалилось в зловещей ухмылке.

Попрощавшись и пожелав мне хорошего отдыха, Терс ушел, прихватив своего битого командующего. Кликнув Нату, поручил ей организовать трапезу для меня и всей личной гвардии: иногда полезно быть в кругу своих воинов.