— Начинаю разговор я, смотря прямо в глаза командиру. — А люди пускай отдохнут.

— Отойдём. — Отвечает он и отдаёт команды своим бойцам. — Батальон! Вольно! Привал. Можно покурить и оправиться.

Сержанты дублируют, а бойцы сходят с дороги и располагаются прямо на земле, метрах в десяти от обочины, привычно помогая друг другу, снять с уставших плеч тяжёлое вооружение (станкачи и противотанковые ружья). Хотя, несколько человек с винтарями так и осталось стоять по периметру бивака.

— Это, чтобы было, что покурить. — Достаю я из противогазной сумки две пачки махорки и подаю Быкову.

"

"— Вьюн, ко мне! — Взмахом руки зовёт командир молодого бойца, который с кривой ухмылкой топчется неподалёку, провожая задумчивым взглядом, проходящих по дороге селянок. А когда шустрый связной или ординарец подбегает, передаёт ему курево. — Раздашь всем. — Напутствует он красноармейца.

— Так что за дело, товарищ сержант государственной безопасности? — обращается он уже ко мне, когда мы спустились с откоса и остались наедине.

— А дело наше правое и мы победим… Или труба, но это как карта ляжет. — Начинаю непростой разговор я.

— В общем, лавировать как маркитанская лодка не собираюсь, а скажу прямо. Имею приказ командования прикрыть мост через Дон, для чего и собираю всех драпающих на восток.

— А мы тут причём? Батальон выполнил свою боевую задачу, вырвался из окружения, и по приказу командования идёт на соединение с основными силами своей дивизии. — Подчёркивает голосом слово «своей» младший лейтенант.

— Быстро же вы ходите. Походу не только свою стрелковую, но и немецкую танковую дивизию тоже обогнали. — Слегка наезжаю я. — Есть номер приказа? И кто вам его отдавал?

— Приказ мне лично отдал командир батальона майор Лосев, перед своей смертью.

— Понурился Быков.

— Я правильно понял, что письменного приказа у вас нет, а свои слова майор Лосев подтвердить уже не сможет. — Не спрашиваю, а утверждаю я.

— Да. Письменного приказа у меня нет. — Отводит взгляд мамлей.

— Вот видишь, лейтенант… — Недоговаривая, развожу я руками. — Вышка тебе горячится, да и людей своих под монастырь подведёшь. Но есть шанс… — Делаю я театральную паузу, чтобы не загонять человека в угол.

— Какой? — обречённо спрашивает он.

— Родине послужить. Вижу, ты сам из кадровых, так что понимать должен. Прорвись противник сюда на танках, да даже на мотоциклах, и всё — захватят мосты и войдут в город, тем самым отрезав армию. Это последний удобный рубеж, чтобы на время прикрыть переправы. Вот и предлагаю тебе с батальоном занять оборону на высоте 197, оборудовать там узел сопротивления и ещё раз дать противнику по зубам. — Перехожу я к конкретике.

— От батальона меньше роты осталось и боеприпасов почти нет, по обойме на брата.