Поставь растяжки на тропинке и между кустов, в общем, сам разберёшься. На вот ещё возьми. — Отдал я сапёру и две своих «лимонки». Обезопасим хотя бы один фланг, чтобы враг не застал нас врасплох.

— А мне что делать, товарищ командир. — Как всегда неожиданно, подкралась ко мне лесовичка.

— Ступай к западному краю кустарника. Там такой же окоп. Найди Жмыха и передай мой приказ, — прикрывать нас с тыла. Сама тоже там оставайся вместе с волками. — Отдал я Галине винтовку и патроны бывшего снайпера. Это можно сказать, что её трофей.

Озадачив личный состав, быстро провожу ревизию, в первую очередь трофейного вооружения и боеприпасов. Если мы запалились, придётся принимать бой и прикрывать отход группы эвакуации, а потом как-то выбираться самим. Так что желательно заранее подготовиться. Конечно, всего не предусмотришь, и война план покажет, но несколько вариантов я в голове прокрутил."

"В длину окоп был метров пять-шесть, с тремя ячейками для стрельбы, правая, для пулемёта, вынесена немного вперёд. Чтобы растущие перед позицией кусты не перекрывали пулемётчику сектор обстрела. Глубина немецкого безбрустверного окопа гораздо больше, чем принято в нашей армии, где-то около двух метров. Поэтому для стрелков сделаны ступеньки высотой в пятьдесят сантиметров от дна. С тыльной стороны по центру траншейки у немцев была обустроена перекрытая щель, а с краю выкопан водосборный колодец, использовавшийся ещё и как ватерклозет, судя по запаху. Хотя пахло не сильно, своё дерьмо фрицы присыпали землёй. Туда бойцы и сложили выпотрошенных жмуров, чтобы не мешались под ногами.

В щели я нашёл большую часть боеприпасов, ручной пулемёт и ящик с гранатами. Обнаружил я там и полевой телефон в нише. А вот это хреново. Докладывать с поста могут и через полчаса и через час. Да и начальник караула может позвонить для проверки в любое время. Быстро закончив с ревизией, наблюдаю за нашими возле дерева. Ну чего они возятся, счёт уже идёт на минуты. Хотя фрицы могли сделать бяку и заминировать подходы, но там второй сапёр — Митрохин, должен справиться.

— Шубин, ты с документами разобрался? Кто старший поста? — Негромко окликаю я нашего полиглота, который, накрывшись плащ-палаткой на дне окопа, при свете фонарика изучал зольдбухи.

— Почти закончил. Старший — унтер-офицер Карл Фогель. — Откликнулся Фёдор Альбертович.

— Вот им и будешь. У немцев телефон в нише, придётся отвечать на звонки. Понял, в чём суть проблемы? — озадачиваю я Шубина.

— Яволь, хер официр. — На немецком ответил мне наш полиглот.

— Какой я тебе к херам — хер? — пошутил я.

— Так это господин офицер по-немецки. — Начал оправдываться Фёдор.

— Да я в курсе. Пошутил просто. Так что не дрейфь. Прорвёмся. — Подбодрил я молодого бойца.