А теперь с самого начала. Форму вам выдали? — Задаю я наводящий вопрос.

— Да. Выдали. — Кивнула хуторянка.

— А почему, вы, не в ней? — Поинтересовался я, так как на женщине была её повседневная одежда, в которой она управлялась с домашним хозяйством.

— Так мала она мне на два размера и грязная, в крови вся. Я хоть и отстирала, но сохнет теперь, только развешала. Сапоги на три размера больше. — Ответила хуторянка, вытирая руки передником, видимо от волнения.

— В чём дело, старшина? — Перевожу я свой взгляд на дядьку Митяя, сидящего рядом со мной за столом.

— Так нету другой.

— Отмазался он.

— Как нету? Утром командир отряда привез десяток комплектов. — Удивился я.

— Не оприходована ишшо. — Заявил главный хозяйственник.

— Понятно. — Учёл я очередной косяк дядьки Митяя. — Продолжайте, боец Селезнёва.

— Я и говорю, когда полоскала форму, этот подкрался сзади и шлёпнул меня по заднице. Вот я его от неожиданности водой и окатила. — Рассказала свою версию произошедшего женщина.

— Кто видел? Свидетели есть? — Интересуюсь я.

— Шалун видел, зарычал и затявкал. Этот обделался и бежать. — Подтвердила мои догадки Галина.

— Так собака же на цепи. — Удивился я.

— В том-то и дело, что на привязи. А мог и сорваться… — Не договорила казачка, уставившись на дядьку Митяя, который как-то сразу скукожился под её взглядом.

— Оружие вам выдали? — Спрашиваю я у Галины.

— Нет. — Коротко отвечает она.

— Понятно."

"— Боец Петров. — Смотрю я на снайпера.

— Я. — Откликается Гаврила.

— Проводишь Селезнёву к оружейникам. Пускай выдадут ей винтовку и боекомплект. После на склад, за нормальной военной формой, маскхалатом и снаряжением. Оружие пристрелять, и проверить навыки нового бойца отряда.

Если подойдёт, зачислим на обучение в твою снайперскую группу. Вопросы есть? — Озвучиваю я задачу Петрову.

— Вопросов нет. — Коротко отвечает он.

— Боец Селезнёва! — Перевожу я свой взгляд на казачку, поднимаясь из-за стола.

— Шо? — Откликается она почти по уставу.

— На первый раз объявляю вам замечание. — Принимаю я меры дисциплинарного воздействия.

— А за шо? — удивляется она.

— За пререкание со старшим по званию. Поступаешь в распоряжение Петрова. Слухаться его как отца родного. — Поясняю я. — Вопросы есть?

— Значит вопросов нет.

Тогда все свободны. — Через пару секунд тишины отпускаю я всех. — А вас, товарищ Зырянов, я попрошу задержаться. — Притормаживаю я старшину у самого выхода.

— Так мне же это, на склад надо, одёжу выдать… — Захотел улизнуть он.

— Без тебя разберутся. — Обрываю я его на полуслове.

— Объявляю вам выговор, товарищ Зырянов! — Не оставляю я без «поощрения» старого козла.

— Это за шо? — Начинает он пререкаться.

— Строгий выговор! За инцидент и за пререкания со старшим по званию. Ещё добавить? — Разминаю я кулаки.