Давай , Элли, сваливай, пока Звери не утащили к себе! Потому что чего-то не хочу я сейчас с ними разговаривать.

Это же за слова отвечать придется.

А я как бы не готова.

- Котеееенааа… - тянет зловеще Ромка, а Дима делает еще шаг ко мне, и еще, и еще…

Мама!

- Это мое дело, с кем спать и как себя вести. Понятно? А вы – еще слишком маленькие, чтоб мне указывать!

С этими словами я резко разворачиваюсь и, скинув к херам туфли и подхватив их, несусь по теплому после осеннего солнца тротуару в сторону остановки.

За мной погоня, слышу сдавленный мат, тяжелое дыхание, ускоряюсь. Я, вообще-то, стометровку лучше всех в школе бегала, хрен угонитесь, здоровяки! Привыкли постоянно байки свои под жопами иметь!

В автобус влетаю прямо перед закрытием дверей.

Бегу на заднюю площадку и какое-то время с удовольствием смотрю, как зверята несутся за автобусом. Красиво смотрятся мальчики, ничего не скажешь…

Глаза горят по-дурному, щеки красные!

В автобусе народу мало, на меня особо никто не смотрит, и это хорошо.

Зверята разворачиваются и мчатся в сторону байков, а я, залипнув на секундочку на их подтянутые задницы, потом спохватываюсь и, обувшись, бегу к водителю.

Понятное дело, что сейчас мои парни оседлают своих железных коней и догонят меня.

А я пока что не готова в этому.

Поэтому я прошу водителя остановиться, вылетаю из автобуса и ныряю в кусты.

Транспорт движется дальше, потом мимо меня проносятся с рычанием два харлея, и я улепетываю в обратную сторону.

Черт…

Вот куда мне теперь?

Минут через пять они выяснят, что я вышла, уточнят, где, и нагонят меня!

За кустарником переулок, и машина такси. Ох, как вовремя!

Я запрыгиваю:

- Эй, я клиента жду, - поворачивается ко мне таксист.

- Это я и есть, поехали быстрее!

- Да там мужик вроде…

- Это папа мой был! Гони! Я на занятие опаздываю!

Водитель больше ничего не говорит, топит педаль, и мы едем. Хрен знает, куда, но хоть подальше отсюда.

Я имею возможность отдышаться и подумать.

И осознать, что ступила по-страшному.

Зачем сказала так Зверятам? Они же с меня не слезут теперь. И ладно бы, в хорошем смысле! Вон, какие злые физиономии были, это что-то!

Понятное дело, что потом придется с ними разговаривать, и лучше бы это побыстрее сделать, потому что, чем больше я в свободном выгуле, да еще и после таких неосторожных, хотя и вполне справедливых и свободолюбивых заявлений, тем больше у них в головах всякой хрени рождается.

Мужики, они такие – только дай возможность чего-то придумать, а уж они свое не упустят. Такие конструкции воздвигнут – куда там нам, слабым и непоследовательным барышням!

Поэтому долго бегать мне нельзя.

А, по-хорошему, лучше бы выйти сейчас и отправиться сдаваться.

Сняв трусы перед этим, естественно.