Ну что мне было в этой ситуации делать? Позволить себя поцарапать? Конечно, наращённые ногти не особо острые, но все равно неприятно. Да и мало ли какая зараза у нее там может быть… Вдруг, как у кошки, всякая инфекция…

Короче говоря, я увернулась и подставила подножку.

Девка явно раньше в драках не участвовала, особенно в женских, которые совершенно справедливо считаются самыми подлыми и жестокими, и потому не ожидала такой подставы. Грохнулась на пол со всего размаху. А я ее еще ногой задела. Нечаянно. Практически.

Ну и получила то, что получила.

Гостья визжит, забившись в угол, за диванчик, над ней я с выражением на лице и стаканом в руках.

Это я ее просто в чувство пыталась привести! Всем известно, что холодный душ – первое средство против истерики! На с в детдоме только так и успокаивали! Очень эффективное лекарство!

Но ей не помогло почему-то.

И вот такую картину маслом: бьющуюся в истерике и закрывающую лицо руками, мокрую гостью и меня, со сложной миной и стаканом в руке, и застают Алла, Ринат, охрана, и, вишенкой на торте, Сергей, которого зачем-то вынесло в общий зал именно в этот, сложный для моей карьеры, момент.

Гостья , заметив подмогу, взревывает и бросается прямо к Сергею на шею, рыдая и причитая:

- Сережа! Сережа! Она меня убить хотела!

Пока я осознаю всю глубину жопы, в которую я попала неожиданно, потому что, похоже, я попыталась искупать сегодня девушку босса, а это не есть гуд, особенно в первый рабочий день, Сергей аккуратно отстраняет бьющуюся в истерике блондинку от себя и, нахмурившись, изучает ее лицо.

И такая на его физиономии бородатой идет работа мысли, что даже совершенно не посвященному в личную жизнь хозяина человеку, мне то есть, становится понятно: Сергей вспоминает имя блондинки.

И, скорее всего, ситуацию, при которой они познакомились.

И, похоже, не помнит…

А вот она его помнит. И , мало того, воспринимает, как защитника. Так, как будто он – ее мужчина прям, и сейчас с копьем наперевес помчится спасать свою принцессу от всяких там огнедышащих драконов.

То есть, от меня.

- Эээ… - решает он, наконец, прояснить ситуацию, - Лена…

- Аня! – тут же переставая плакать и обиженно дуя и без того надутые губки, поправляет она, а я неожиданно для себя хрюкаю от смеха.

В наступившей тишине это звучит неожиданно громко. И, я бы сказала, грубо. Вызывающе. По крайней мере, все присутствующие тут же поворачиваются ко мне и смотрят так, словно я , по меньшей мере, блондинке голову откусила."

"Я тут же спохватываюсь, делаю виновато-задумчивое лицо, хотя внутренний голос шепчет, что, в принципе, могу и не стараться. Все равно выкинут. И хорошо, если полицию не вызовут. А то мало ли, девка-то кричит, что я ее убить хотела… Вот дура!

Если бы хотела – убила бы.