Потому что рядом стоит здоровенный мужик, вообще не подходящий к местной тусне, смотрящийся здесь настолько чужеродно, что удивительно, как этого никто не понимает. Не замечает.

Точно так же , как не замечает и другого. Того, что огромная лапища хватает меня за шкирку, другая запечатывает рот…

И буквально через мгновение наступает темнота.

Начало гонки. Зверята.

Ромка приходит первым. Делает красивый, эффектный разворот под восторженный вой зрителей, высматривает брата, пришедшего вторым.

Ну это же кайф какой, а?

Адреналин зашкаливает, буквально крышу сносит! Круче только секс с Котеной! Хотя, учитывая, что она сейчас наверняка прыгает, радуется его успеху…

Ромка прикидывает, как скоро они с братом смогут утащить свою девочку обратно в их уютную квартирку, или, может, даже куда-нибудь в укромный уголок на набережной и сладко оттрахать, и еле ловит себя за руку, уже тянущуюся поправить неудобно вставший член.

Пожалуй, впервые в жизни Ромка до конца, до самого донышка осознал, что такое медовый месяц. Почему он называется медовым.

Потому что это настолько сладко и до такой степени залипательно, что другого слова и в голову не приходит.

У них, правда, не месяц пока что, поменьше, но, с другой стороны, все только на повышение градуса идет, и , если так дальше будет, то вообще в космос улетать начнут все втроем. Хотя, чего там… Уже улетают!

Ромка , прекрасно осознавая происходящее, только кайф ловил. Им с братом повезло. Феерически. Охрененно. Они нашли девчонку, которая не просто принимает их такими, какие они есть, подстраивается, как практически все до нее. Нет, их Котена, их нежная девочка, никогда , до встречи с ними, не пробовавшая секс втроем, неожиданно и очень круто вписалась в их, казалось бы, нерушимый союз, общность, и стала необходимой деталью механизма, несменяемой. Той, от которой вообще вся жизнедеятельность зависит. Всё зависит.

Элька оказалась невероятно восприимчивой, невозможно страстной, нереально правильной. Именно для них. Для двоих сразу.

Ромка знал, что Димас это все просек едва ли не раньше него, им никогда не требовалось озвучивать свои мысли для того, чтоб понимать друг друга.

Потому их так и взбесили слова отца про их Эльку.

Звери даже думать в ее сторону не могли так, а он…

Впрочем, судя по ошарашенной физиономии, когда они ему относили ключи от квартиры, старший Зверев, не ожидал, что до такого дойдет.

Он вообще слегка не в себе был, как показалось братьям, поморщился на второй комплект ключей от Ромкиной квартиры, не ответил ничего на вопрос о жиличке.

А между тем Зверята там побывали, прежде чем к папаше топать. И Дарья Викторовна была на месте. И, судя по непримиримому выражению лица и красным от гнева щекам, съезжать никуда не торопилась.