"

"Влада говорила отрывисто и задумчиво, глядя перед собой, и я задавался вопросом, что за картины она сейчас видит в своих воспоминаниях.

– Ну, я так понимаю, что состояние бабушки серьезное, если этот деятель явился сюда с притязаниями, – вернул я ее к насущному.

– Похоже на то, – плечи женщины опустились, и лицо помрачнело, как будто его накрыла тень.

– Ты не в курсе? – удивился я.

– Нет. Она… не общается со мной, – Влада резко махнула головой, чуть скривившись, как от неожиданной боли. – Я – разочарование.

Твою мать, ну вот кто меня за язык тянул с этими расспросами.

Но раз уж начали…

– Но когда ты пришла, то ожидала ее увидеть.

– Просто подумала… мало ли. Вдруг что-то изменилось, – она закусила губу и дергано пожала плечами, скрывая неловкость.

Влада опустила голову и зажала обе ладони между коленями, выдавая вновь возросшую нервозность. Глубоко вдохнула и выдохнула, явно решаясь.

– Спроси меня, – тихо сказала она.

– А ты уверена, что готова рассказать?

– Скорее всего, нет и никогда не буду, – снова тяжело вздохнув, ответила она, продолжая смотреть на свои руки.

 – Но лучше сделать это сейчас, чем все время опасаться, что ты рано или поздно узнаешь и станешь презирать меня. Сейчас я это легко переживу, а потом может быть намного хуже.

– Почему это?

– Потому что я стану верить, что ты мой друг. – Вот ведь… кто сказал, что я хочу быть другом?

Я хмыкнул и решился чуть толкнуть ее плечом, вызывая удивленный взгляд.

– А знаешь, что, называя мужика другом, ты типа намекаешь, что он своего рода неудачник, не способный никого привлечь в сексуальном плане? Ну, вроде того.

– Это точно не про тебя, Антон, – Влада после заминки неуверенно отзеркалила мое движение, правда тут же отстранившись.

Ну и что это значит? Что она в курсе о моей «славе» в этом смысле, или это намек на личную заинтересованность? Другой я бы сейчас просто посмотрел в глаза или ненароком коснулся рукой бедра, и взгляд и язык тела внесли бы полную ясность в этом вопросе. Но с Владой… Нет, я не ощущал себя вдруг робким юнцом, боящимся отказа. И не потому, что был почти уверен, что его не будет. Просто меня все еще немного напрягало то, насколько быстро и естественно я перестал противиться притягательности этой женщины.

Привыкнуть к мысли, что она мне нравится, за такой короткий срок еще не получалось, а главное – я не был уверен, что вообще стоит. Да и моя неуемная интуиция нашептывала, что для полной конкретики между нами еще рано. Это было вроде предвкушения, которое мне почему-то нравилось растягивать, смакуя нюансы. Хотелось позволить этой странной вибрации между нами усилиться или нет естественным образом, не форсируя и не подгоняя.