— Это твой, — телефон подруга передала мне.

Это он.

Звонит убедиться, что я получила его сраный подарок и сижу тут в прострации и соплях, как он хотел.

— Да? — жестко ответила я.

Мой голос был сухим, как пустыня Сахара. Ни малейших сомнений или эмоций туда не проникло.

— Вы получили коробку, госпожа Девин? — опекун говорил спокойно, я заметила, что ни разу не слушала от него злорадства или насмешек, только живой интерес. Ему правда было любопытно, как я перенесла вручение «дара».

— И чего вы добиваетесь? Если убьете его, меня это не остановит. Скорее заставит активнее действовать, получить наследство и разобраться с тобой, старый хрен, — процедила я.

 — Где он, к чему вы затеяли эту игру? Хотите, чтобы я вам заплатила? Сказала, что не права? Уступила наследственные права Коринне? Цель всего этого какая?!

На последнем вопросе я сорвалась и закричала. Меня трясло от гнева.

Наверное, не стоило вот так при всех говорить, при мэре, крупном бизнесе. Не стоило раскрываться, но я дошла до черты, когда она остальное уже плевать — пусть смотрят, если заняться нечем.

— А вы так уверены, что он жив? — усмехнулся тот вместо ответов.

— На все сто уверена. Иначе в коробке была бы не рубашка, правда?

— Вы правы, Лили."

"— Где он? — от бессилия я снова закричала. — Что вы с ним делаете?!

— Он у меня. И останется здесь, пока мне не надоест. Его нужно проучить, чтобы знал, кто здесь на самом деле хозяин. Не волнуйтесь, то, что останется, я верну вам, госпожа Девин.

И он бросил трубку.

Несколько секунд я пялилась перед собой, просто не веря в это. Не веря, что он не стал шантажировать меня, не попросил денег. Он просто хочет меня размазать, в этом настоящая цель. Хочет уничтожить другими методами, не физическими.

Как когда-то расправились с моей мамой. Физически она была жива, но жизнью это не назовешь. Ад. И в этот же ад он хочет окунуть меня.

— Лили? — прошептала Вика. — Что с тобой? Боже, что с тобой происходит, дорогая?

Я и сама не знала, мне было так паршиво, что я не могла стоять на ногах. Потемнело в глазах, голова закружилась, я раскинула руки, цепляясь за охранников, чтобы не упасть.

Он все-таки до нас обоих добрался!

— Зверь… — завыла я, понимая, что ничем не смогу помочь.

Почти сразу я взяла себя в руки.

Здесь слишком много свидетелей, чтобы Лилия Девин публично лила слезы. Стиснула зубы, и сказала телохранителю:

— Уходим.

Впереди меня бросились несколько охранников, сбоку прикрыли еще несколько. Я шла за ними, поддерживаемая подругой. В голове хаотично метались мысли о Звере.

С Ником мы столкнулись на улице, со встревоженным лицом он кинулся нам наперерез. Я не могла с ним объясниться, и Вика взяла его на себя.

Меня устроили на заднем сиденье одну, и машина рванула по улицам.

Я возвращалась в пентхаус.