В коридоре раздался шум — к офису кто-то шел, но его не пропустили. Через прозрачную стенку я увидела, что это кто-то из свиты Девина. В руках коробка… Я напряглась, и охрана побежала в том направлении.

Зверь остался со мной, дав мне знак не подходить:

— Под стол, Лили! Закройте ее!..

— Шеф, все в порядке… Это не бомба, проверили и собаке давали. Там вещи.

— Какие вещи? — не понял Зверь, а вот я догадалась сразу.

— Дайте мне! — попросила я.

Коробку принес охранник и поставил на стол. Крышки на ней уже не было.

Габаритная. Без опознавательных знаков. Внутри была странная и довольно большая черная шкатулка, лежал ремень, мобильник, пара запонок… Я взяла одну и провела пальцем по бриллиантам.

— Это вещи Руслана, — сказала я.

То, что было на нем в день ареста. Вещи, снятые с его тела. Руки задрожали, и я выронила запонку. Под вещами лежал неподписанный конверт. Я раскрыла его и извлекла несколько сложенных листов.

Свидетельство о смерти. Отчет о вскрытии. Записка.

Надеялась, что она от Руслана, и развернула ее первой. На плотной дорогой бумаге для писем с гербом было всего несколько слов.

«Я обещал передать вещи вашего любовника. Тело кремировано в тюремном крематории».

Опекун.

Сволочь.

Зачем он это делает? Зачем ведет со мной игру? Именно со мной, а не со Зверем. Звонки, коробки и записки предназначались мне. Я смяла записку и бросила в коробку.

По моему лицу Кирилл догадался, что пошло что-то не так.

— Выйдете, — велел он. — Никого из здания не выпускать. Начинайте менять охрану и службу безопасности, корпорация Девина теперь наша. Уступать я не собираюсь.

Когда мы остались одни, я прошептала:

— Они не имели права. Не имели права кремировать его без нашего согласия.

Зверь подошел и развернул смятую записку. Пока он читал, я пялилась на шкатулку… И тут до меня дошло, что это, блядь, такое.

— Зверь… — прошептала я, и вытащила ее.

Красивая, из лакированного черного дерева. Она была вертикальной и высокой, поэтому показалась сначала странной.

Урна с прахом.

— Зверь, — растерянно прошептала я. — Это… это прах.

Глава 10

Теперь и он пытался это осмыслить. Меня начала бить дрожь, пока я пыталась примириться с тем, что вижу.

— Тварь! — зарычал Зверь, и в ярости сбил урну со стола.

Я вздрогнула.

— Что ты делаешь! — я боялась подняться, и увидеть, что прах рассыпался, но урна даже не открылась.

Пока я торопливо поднимала ее и проверяла целостность, Зверь ходил по офису, выплевывая ругательства. Если бы опекун Коринны появился перед ним, уверена, Кирилл сразу бы ввязался в драку и зубами перегрыз бы тому глотку.

Я не могла оторвать взгляд от лакированного дерева. Меня охватило странное чувство: страх, обида за то, что он так поступил с прахом брата, в горле стояли горькие слезы.

— Не надо так… — попросила я.