Веди себя прилично, здесь не…

— Идите вы… — не выдержала Мирослава.

— Это ты туда скоро пойдешь, — прошипел он в ответ.

— Осталось всего каких-то несколько минут, — жестко сказала она, выпрямляясь на стуле. — Сделайте одолжение, проведите их молча.

Слова вертелись на языке, много слов, но Вадим действительно замолчал.

Черт побери! Это же, в конце концов, отцовские похороны…

Скорее бы уж все закончилось!

* * *Церемония приблизилась к логическому концу, уже начали вынос. Альбина заняла свое место немного в отдалении. Сейчас все ее мысли занимала ситуация с завещанием, по которому вдова свекра получала приличную долю наследства.

Вообще-то, Альбина постаралась навести справки об этой особе сразу, как только та появилась в жизни Балкина старшего. Из того, что удалось узнать, Мирослава была одинокой. Родители умерли, братьев-сестер нет, имелись дальние родственники где-то в другом городе, отношений не поддерживали. В прошлом неудачный бездетный брак, к Илье Владимировичу она прибилась после развода.

То, что Мирослава одинокая, значительно облегчало задачу. Альбина сожалела только об одном, что не взяла инициативу в этом вопросе на себя.

— Дочь, — неожиданно услышала она. — Мне кажется, с этим надо что-то делать."

"Обернулась, чувствуя замешательство, оттого, что погрузившись в размышления, не заметила появление матери. Но одновременно внезапное облегчение. Ответила в тон своим мыслям:

— Да мама, мы и делаем. Я уверена, она подпишет отказ, — Альбина поморщилась. — Но, думаю, что-то отстегнуть все-таки придется.

— Нет, милая, я имела в виду другое, — проговорила та, искоса поглядывая в сторону Вадима.

Альбину словно кипятком ошпарили. Отвратительная смесь досады и ревности перевернулась в груди. Неужели ЭТО так заметно? Неужели это так заметно не только ей?

— Я могла бы помочь, — негромко обронила мать.

Гроб уже подняли, чтобы вынести, процессия стала понемногу покидать зал. Альбина долгим взглядом посмотрела на мать и проговорила:

— Позже.

Глава 2

Дорога по кладбищу до могилы занимала не больше двадцати минут. Роскошный катафалк должен был двигаться медленно, провозя человека в белом гробу по земному пути в последний раз. К чему торопиться, жизнь все равно уже отлетела, прощаться надо не спеша.

После того короткого обмена фразами у отцовского гроба Вадим как будто осекся или устал. Неожиданный отпор вдовы, обычно вежливой и немногословной, четко обозначил границы, давая понять, что ее нежелание конфликтовать отнюдь не слабость. Это было скорее долготерпением королевы, потому что именно так он и воспринял ее последние слова. Как приказ.

Потому и шел рядом с вдовой, но на шаг позади.

К нему приблизилась жена, разговаривать сейчас с Альбиной не было ни желания, ни сил.