К тому же его раздражало, когда неудачу пытаются выдать за достижение, а от рассказов уволенных и разжалованных о том, как им теперь хорошо и прекрасно, просто тошнило.

— Ну а что у вас вчера получилось? — спросил Ромов.

Тон у него был совершенно безразличный и вид — равнодушный. Значит, он специально надел маску, скрывающую интерес. Но к чему?

— А что должно было получиться?

— Да особенного-то, может, и ничего. Я просто интересуюсь: как прошло вчера?

Викентьев внимательно посмотрел на безразличное лицо Наполеона, на котором не появилось и признаков здорового румянца.

— Обычно. Исполнили, и все… Почему вопрос-то?

— Обычно, говоришь? Ну ладно… — Ромов шмыгнул носом. — А чего тогда пацаны бежали как оглашенные? Чуть меня с ног не сбили сейчас на лестнице? И Валерик, и Саша — к руководству их, видно, выдернули.

— Не знаю. Это, видимо, по другому поводу. У меня все нормально.

— Нормально, значит? Обычно? — Щелкнула тяжелая заслонка, рентгеновский пучок просветил Викентьева насквозь, и тут же обычно мигнули мутные слезящиеся глазки. — Тогда покедова!

Иван Алексеевич просеменил к двери, открыл ее, на миг обернулся.

— А вдруг твой исполненный Лунин едет себе преспокойненько куда-нибудь далеко, скажем — на Алтай, и пиво себе попивает? Или даже водочку?

Ромов подмигнул.

— Как считаешь, может такое быть?

Дверь закрылась.

Заноза в мозгу Викентьева воспалилась. И доктор, и аксакал… Второй номер нажал клавишу связи с дежурным:

— Найдите Сивцева и Шитова, пусть зайдут.

Через несколько минут четвертый и пятый номера стояли на пороге.

— Петр, зайди! — приказал подполковник. — А ты, Федор, подожди пока, позову!

— Чего случилось, Владимир Михалыч? — испуганно спросил Шитов. «Неужели выплыли запчасти? Сколько времени прошло, а он хватился…» — билась в голове неприятная мысль.

— Как прошло захоронение объекта? — строго спросил Викентьев. — Давай в подробностях: как, где…

Дотошно расспросив порознь обоих сержантов, Викентьев отпустил их и, откинувшись на спинку стула, в сердцах сказал:

— Просто дурдом какой-то!"

"Теми же самыми словами выразили свои чувства и сержанты. Как бы подтверждая справедливость высказывания, из-за угла вылетели Сергеев и Попов, которые, не поздоровавшись и вообще не обратив на них внимания, пробежали к своим кабинетам.

Операция, проводимая в Предгорной АССР союзным уголовным розыском, позволяла полностью закрыть розыскные дела «Кочевники» и «Дурман». С «Трассой» обстояло иначе: прослеживался и мог быть доказан только сбыт похищенных автомобилей. Главные фигуры — убивавшие людей и захватывающие машины оборотни в милицейской форме — не попали в сеть оперативных мероприятий.