- Какие — такие? - останавливаюсь я, рывком разворачивая ее к себе лицом. - Тебя что-то не устраивает?

Пожимает плечами.

- А это что-то изменит?

- Нет.

- Тогда, не задавай риторических вопросов, Арчи.

- Риторический вопрос был - «Зачем?»

- Риторический — это не требующий ответа. А я задала не риторический.

- Не обязательно быть сучкой, Авария! Мы здесь для тебя.

- Да-а-а? - демонстративно удивляется, поднимая брови. - А зачем?

- Я хочу купить тебе что-нибудь.

- Зачем?

Да бл*ть!

- Потому, что мужчины так радуют своих женщин! Наверное.

- Или откупаются от них, когда накосячат.

- Я работал! Всю ночь. Я заработал тогда деньги и хочу потратить их сейчас на тебя. Какие проблемы?

- Так заработался, что не услышал мой звонок?

- Мы «резали» тачку. Ты хоть представляешь себе уровень шума?

- Не предупредил и не перезвонил.

Да… потому, что не хотел говорить с тобой! Нагнуть хотел, да. За то, что не мог четыре часа дозвониться до тебя днем. Где ты была?! Что-то ты не торопишься объясняться!

- Я работал.

- Не могу этого знать наверняка… - начинает куражиться она.

Закрываю глаза. Дышу поглубже. Господи, дай мне терпения! Открываю.

- Просто пойдем, купим какую-нибудь цацку!

- Цацку? Чтобы порадовать меня?

- ДА.

- Нет, - ее взгляд уплывает с витрины ювелирки на соседнюю.

Магазин игрушек.

- Если цель — порадовать, покупай мне вот этого."

"Двухметровый огромный мягкий жираф из Мадагаскара.

Смотрю на ценник. Тридцать восемь штук.

О*уеть, игрушки...

- Тридцать восемь штук на ЭТО?! - взрывает меня.

- Так будешь радовать или нет?

Это не тебя радовать! Это меня нагибать!

- Чтобы я купил пылесборник за сорок штук?! Да никогда.

- Пока… - разворачивается.

Рывком возвращаю обратно, придерживая за лацканы курки, чтобы не навернулась со своих каблуков.

- Стоять.

Прищурившись, смотрим друг на друга. Хочу эту вредную заразу - аж темнеет в глазах!

- Куда мы его поставим?!

- Мы его положим. На твое место.

- Если я скажу, что такой хе*ни больше не повторится, мы отменим жирафа?

- Нет! - язык дразняще облизывает нижнюю губу. - Он уже ко мне привязался...

Упакованные в полиэтилен ноги жирафа торчат из газели. Еще штука сверху.

- Довольна?

- Жирафом — да. Но извинения не приняты.

- Я не извиняюсь. Я работал.

- Куда везти? - подходит водитель. - Адрес?

Авария влезает передо мной и диктует какой-то левый.

- Секунду…

Оттаскиваю ее за куртку в сторону.

- Нет уж! Пусть теперь едет домой.

- А это домой, Арчи! Ко мне. Я съезжаю.

- Почему?

- Ну, всё… потрахались и хватит… спасибо, было клёво!

- Не понял.

- А ты пойми! Не собираюсь делиться с твоими шлюхами своими «постельными принадлежностями».

- Вот, дура! Работал я.

- Ну, работал - и работал. Давай! - пытается выкрутиться.