И вдруг показала рукой на окно: – Белочка! Да какая хорошенькая!

– Где? – засуетилась Полина. – На елке? Да?

Ирина быстро воткнула в обнаженное предплечье иглу шприца, нажала на поршень и пропела:

– Почти на самой верхушке прыгает.

– Не вижу, – расстроилась Полина.

– Значит, убежала. Ну что, больно? – поинтересовалась Ирина.

Девушка повернулась к нам и заморгала.

– Я сделала инъекцию, – пояснила медсестра, – успокойся. Пойдемте, Даша, поглядим на библиотеку, там роскошный камин.

Когда мы вышли в коридор, Ирина Викторовна возмутилась:

– Вот какая вредная! Знает ведь, что от ананаса прыщами покроется, и все равно лопает. Не первый раз с ней такое. И уколов до дрожи боится, внушила себе, что они непереносимые. Видели? Полина даже не заметила укола. Очень она капризная.

– Жаль ее, – вздохнула я, – молодая, уже инвалид.

Ирина поправила халат.

– Потому мы вокруг нее и скачем, про белочек придумываем. Не повезло Поле.

Через полчаса я робко сказала:

– Душно как.

– Вы просто устали, – мягко заметила медсестра, – замучила я вас экскурсией. Погуляйте в парке. День сегодня не жаркий, но солнечный. У нас прекрасный садовник. Видели когда-нибудь цветочные часы?

«Да, в Версале», – чуть не ляпнула я, но вовремя спохватилась.

– Нет. А что это такое?

– Идите по центральной аллее, слева будет клумба. Вам точно понравится, – пообещала собеседница. – Если надумаете приехать в понедельник, буду рада вас видеть. Знаете наше приветствие?

Ну и ну, у них что-то вроде пионерского салюта есть?

Ирина подняла руки на уровень груди, согнула их в локтях, сжала ладони, потрясла ими и с чувством произнесла:

– Хорошего вам дня!

Я повторила ее жест.

– И вам тоже.

– Нет, надо ответить: «Пусть с вами будет удача», – поправила меня она.

Я покорно повторила фразу и отправилась искать фонтан Аполлона.

* * *Небольшая площадка, в центре которой высилась гипсовая копия всемирно известной статуи, находилась у забора, ограничивавшего территорию парка. Ни одной скамейки тут не было, но слева громоздилось крупное деревянное сооружение, напоминающее беседку. Я поднялась по ступенькам и увидела Полину, сидевшую возле квадратного стола.

– Пришли! – обрадовалась она. – Пожалуйста, увезите меня отсюда поскорей. Через центральные ворота мне пройти нельзя, там камера, охрана меня увидит и тревогу поднимет. Но в ограде есть дыра. Вы можете подъехать с той стороны, я вылезу и заберусь в багажник. Пограничник никогда автомобили гостей не осматривает. Очень вас прошу! А то они меня тут убьют или уродкой сделают. Видите, что со щеками? Прямо кожа слезает. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! В доме разговаривать нельзя, там везде камеры, и в парке за кроликами следят, слепая зона только тут.

– За кроликами? – повторила я.

Полина поежилась.