А вот на Дьяна кинул тяжёлый взгляд. Вскоре нас ожидает разговор. Я бы даже сказал «сырьёзный». Да через «Ы». Потому что какие ещё могут быть разговоры с психопатом, которого полностью поработила божественная роль? Хотя кто его знает, вдруг он и сам хотел измениться.

Ладно сейчас это неважно. Там внизу вакханалия. Армия дюжины разбита, номи отошли и отдыхают. Имперцы Негур в состоянии полного охреневания и также отошли. В городе у меня… промолчу. Там тоже призраки с близкими общаются.

Трансформация Шои, или что это, много времени не заняла. И вскоре кокон начал распадаться.

Лепестки осыпались в разные стороны, а Смерть с Кармой… Носились и ловили их!

Дьян попытался подлететь и схватить один, но перед ним появилась Смерть и, дав щелбан, отправила того в полёт на пару километров.

В момент удара само пространство едва не пошло трещинами… Правда, Дьян всё же вернулся, но уже не рыпался.

Женщины же совали эти лепестки, что в длину около полуметра, в свои тела, будто в Хранилище.

И вот, листья опали, обнажая яйцо, которое уже шло трещинами. Оно стремительно разрасталось, но набросившиеся женщины помогли ему раскрыться и… стыбзили скорлупу…

— Приветик, — девушка, показавшаяся из света, помахала рукой и мило улыбалась.

— А ты выросла, Шоя, — я тоже улыбнулся ей. Теперь она выглядела взрослее, а значит, мир Шой-у стал сильнее, и проникнуть в него станет тяжелее. Это радует.

Раньше Шоя была низенькой и миловидной юной девой лет восемнадцати. Может, немного старше. Теперь же передо мной высокая девушка, лет двадцати пяти, в нежном белом платье и золотыми волосами сияющими жёлтыми огоньками. Ушки у неё были слегка заостренены, но не раздвоены как у шари. Видимо, шари всё же не были главенствующим видом в мире до Катаклизма.

— Благодаря тебе, — она плавно подлетела ко мне, и я раскинул руки в стороны, чтобы, как и раньше обнять её. Вот только она положила ладони мне на щёки и поцеловала… С языком. Да вашу ж мать!

— Спасибо, — она вспыхнула светом и оказалась на скате Егорыча, что парил рядышком. Там обняла каждого из моих товарищей, а Рыжие прожигали меня убийственным взглядом.

Я-то тут при чём?!

Сияние тем временем завершилось, а я вспомнил вот о чём. А что с Божественным Планом упыря?

— Поглощён.

Мною. Прости, ты мог бы получить силу, поглотив его… — меня со спины обняли.

— За что мне такое счастье? Любовь целого мира, — не знаю, плакать мне или смеяться…

— Ты мой принц на белом коне, — провела она ладонью по моей груди. — Пришёл ко мне на том лайнере… Согласился стать моим богом-спасителем. А ещё тот секс на берегу необитаемого острова…

— Ты… о чём?

— Тогда я вселилась в Катю с Леной… Но не говори им хорошо? Мне было очень стыдно… и сейчас стыдно…

— И поэтому ты сделала из них богинь? — вздохнул я.