Да и тело не в слишком хорошем состоянии, так что обнаружить что-либо будет нелегко.

Вот это уже менее интересно. Я люблю оставлять аккуратные тела. Ни суеты, ни грязи, ни капающей крови. Если этот убийца — всего-навсего еще один пес, грызущий свою кость, меня он не интересует.

Я вздохнул с некоторым облегчением и спросил:

— А где тело?

Вине дернул головой в сторону, показав на точку футах в двадцати.

— Вон там. С Ла Гэртой.

— О Боже, — вздохнул я. — Дело ведет Ла Гэрта? Вине снова улыбнулся мне своей притворной улыбкой.

— Убийце повезло.

Посмотрев в ту сторону, я увидел группу людей, стоящих вокруг кучки аккуратных мешков для мусора.

— Ничего не вижу, — сказал я.

— Да там же. Мешки. Каждый — это часть тела. Он разрезал жертву на куски и каждый из них запаковал, точно рождественский подарок. Ты когда-нибудь видел что-то подобное?

Конечно, да.

Именно так поступаю и я.

Глава 3

Есть что-то странное и обезоруживающее в присутствии на месте убийства при ярком свете дня. В лучах солнца Майами самые гротескные убийства выглядят антисептическими. Постановочными. Как будто в Диснейленде на новом аттракционе не для слабонервных. Дамерленд.[2] Пищевые отходы просим выбрасывать только в предназначенные для них контейнеры.

Не то чтобы вид расчлененных тел когда-либо действовал мне на нервы, о нет. Меня немного возмущают изуродованные, у них нехорошие флюиды — неприглядная картина. Все остальное не хуже, чем тощие ребра в мясной лавке. А вот новичков и случайных гостей от сцен убийств тянет блевануть, и по какой-то причине здесь они блюют намного меньше, чем на севере. Видимо, солнце снижает остроту восприятия. Оно все очищает, делает опрятнее. Может быть, потому я и люблю Майами. Такой чистый город.

В Майами уже пришел чудесный жаркий день. Каждый, кто с утра надел пиджак, теперь гадает, как бы от него избавиться. Увы, на неухоженной парковке такого места не найти. Здесь пять или шесть машин да мусорный контейнер. Его запихнули в угол рядом с кафе; позади него — розовая оштукатуренная стена с колючей проволокой сверху. Тут же задняя дверь в кафе. Угрюмая молодая женщина сновала взад-вперед, делая на копах и техническом персонале быстрый бизнес, подавая café cubano и pasteles.[3] У горстки разномастных копов в пиджаках, которые околачиваются по местам убийств — то ли чтобы помелькать и оказать давление на следствие, то ли чтобы быть в курсе, — теперь появилось еще несколько развлечений. Кофе, пирожок и пиджак.

В банде лаборантов-криминалистов пиджаков не носят. Рубахи для боулинга из вискозы с двумя карманами катят им больше. Я сам такую же ношу. Рисунок на ткани — черные барабанщики «Буду» и пальмы на ярко-зеленом фоне. Стильно, но практично.