Он должен был ответить за все, что сделал. А потом я услышала слабый выдох, словно последний. И замерла от ужаса. Каэль. Нужно было спасти его. Не мешкая ни секунды, обернулась и кинулась к нему, совершенно не замечая, что одежда вся порвалась при обороте. Но это волновало меньше всего.

— Каэль, не вздумай умирать, — только и смогла всхлипнуть, наклоняясь над парнем. А разум уже сканировал повреждения, как учил магистр. И увиденное заставляло сердце замирать от ужаса. С такими повреждениями не живут. И никакая регенерация не спасет. Тигр целенаправленно убивал. Вот только за что? Но думать об этом сейчас было некогда. Счет шел даже не на минуты. И даже если я вызову магистра Бертрана, он не успеет. Ничего не успеет. Горько закричала, проклиная судьбу и ощущая, что теряю самое дорогое для меня. Самое ценное. То, чего у меня больше никогда не будет. Положила руки на едва вздымающуюся грудь и заплакала от горя. Сердце разрывалось на части, заставляя задыхаться.

Внезапно, заставляя замереть, горячая волна прошлась по телу и вылилась наружу. Каэля обхватил сверкающий голубоватый поток. Парень выгнулся и застонал, что болью отозвалось во мне. Но я знала, что это было правильно. От всего случившегося совсем растерялась, забыв про собственный дар. А он знал, что делать. Заживлял раны, восстанавливал поврежденные кости и ткани, заставляя Каэля кричать от боли. Но так нужно было, я чувствовала это. Спустя несколько мгновений Каэль облегченно выдохнул и открыл глаза.

— Моя принцесса, — прошептал он, улыбнувшись.

— Каэль, — всхлипнула я. — Ты жив, жив!

— Моя обнаженная принцесса, не плачь, — попросил парень, положив свою теплую руку на мою. А я, поняв, что действительно обнажена, смутилась. Вспомнила заклинание и преобразовала на себе одежду. А потом повернулась на тигра, который внезапно решил ретироваться. Но просто так уйти этой твари я не дам. Резко встала, не обращая внимания на то, что закружилась голова от потери сил и приказала:

— Встать!

Верден сразу же подчинился, поднялся, но тут же упал на колени. Вся его поза говорила о полном подчинении, но я не поверила ему. Слишком уж он был грязным. Причем не внешне, а внутренне. Каким-то непонятным образом я видела его суть. Верден уже не первый раз так портил девочек. Вот только выбирал кого послабее. Кто не мог защититься от него. А если кто-то и поднимал скандал, то его отец быстро откупался.

— Простите, Ваше Высочество, — раболепно пролепетал Верден.

— Нет, не прощу, — зашипела я. — Мало того, что ты пытался изнасиловать свою принцессу, так еще и пытался убить принца. А за это тебе грозит только казнь. Причем, я даже не знаю, кому отдать тебя на растерзание, родителям или Правителю медведей.