- Здорово, Санек! Ты с уловом? Блин, без меня сходил, - я заглянула в ведро, где плескалось с десяток рыбешек, и завистлива охнула. - Вау, ратанчики.

- Ρатаны! – гордо вздернув нос, поправил братишка. - Видишь, какие жирные, огромные.

- Αга! И скоро мы будем наслаждаться рыбными котлетками, кормилец?

- На такую семью ещё раз сто порыбачить придется. Ну, или если ты поможешь то быстрее.

- Да у тебя уже пол морозильника забито. Хотя, я с удовольствием порыбачу не вопрос."

"- Не, Эль, маловато еще, - деловито, явно подражая папе Ване, покачал головой братишка. – Вот сама посчитай. Сколько разделанных тушек уйдет на одну котлету? Пять не меньше. У них же голова больше тела и филея с гулькин клюв. А нас одиннадцать. Это уже пятьдесят пять получается. А сколько котлет ты съешь за раз? Тоже пять не меньше. Одиннадцать умножить на пятьдесят пять – шестьсот пять! Прикинь! И это минимум! А ещё нужно учитывать, что мужикам пяти котлетушечек будет мало.

Я закатила глаза, в очередной раз поражаясь, как в десять лет можно быть таким занудой. В это время со стороны дома из калитки выскочил другой брат и, вскользь поздоровавшись, припустил в сторону стадиона.

- Сашка, стой! - крикнула я вслед, но меня нагло проигнорировали. Поэтому всю силу гнева я возмущенно обрушила на Санька. - Ты это видел, видел? Он удрал в моих кроссовках! Санек, подтверди, что я не ошиблась. Что мне это не примерещилось. Скажи, Санек!

- Ну, у вас ноги одинаковые, - дипломатично ответил мальчишка, завистливо глядя вслед брату.

- Надо же было так вымахать за зиму, а! Тринадцать лет, а лапы уже тридцать восьмого размера, - продолжила возмущаться я. – И главное без спросу, козявка жукастая!

- Да ладно тебе, - примирительно махнул удочкой Санек и, забывшись слегка, добавил: - Ну его н…

Я ахнула и сердито шлепнула «кормильца» по плечу.

- А ну без выражений! Нахватался там с рыбаками словечек нехороших. Смотри, ремня всыплю!

- Да я хотел сказать… ухо, - без зазрения совести соврал нахаленок и, хитро прищурившись, быстренько сменил тему: – Элька, а почему одна часть тела ругательная, а другая нет? Это же несправедливо.

- По кочану! Философ, блин. Почему редиска - нехороший человек, а помидор – сеньоp?

- А морковка девица из темницы? - подхватил братишка и перевел тему. - Поможешь рыбу почистить?

- Не, откуплюсь, – тут же остыв, я с безразличным видом посмотрела на пролетающие по ңебу облака.

- Чем?

- А вот! Та-дам!

Достала из сумки трофейную шоколадку и помахала в воздухе.

- О, ес-ес! Будем пить чай! – расплескивая воду из ведра, радостно запрыгал мальчишка.

- С мелкими, - напомнила я о младших детях и сердито погрозила пальцем. - Только Сашке ни кусочка не оставляй.