Кесли посмотрела себе под ноги и брезгливо поморщилась:

– Это земля.

– Спасибо, дорогая сестрица. До твоего приезда я не замечала.

– Но почему дорога не мощенная?

– Потому что это поместье, Кесли, а не королевский дворец, Великие боги!

Я махнула рукой и пошла в сторону дома. Сзади снова послышались жалобные причитания.

– Ладно тебе, Алия, – Эхиль повисла на моем локте. – Мы так долго тряслись в этой карете, что сил нет.

Она внезапно притормозила и зашептала:

– А где… ну… твой муж? Почему он нас не встречает?

– Кристоф занят.

В другой локоть вцепилась Кесли. Судя по бледноватой коже, поездка действительно вымотала моих сестер. Наверное, не стоило быть такой строгой с ними: ведь они и правда кроме дворца ничего не видели в жизни.

– Он тебя не обижает? До нас доходили слухи, что колдун разозлился после того, как вас изгнали.

– Кесли, не говори глупостей. Меня никто не обижает. Лучше расскажи, что у вас там происходит. Почему папа решил отправить вас в Брох?

Девочки начали наперебой жаловаться. Оказывается, после нашего с Кристофом отъезда во дворце творился полный бардак. Несколько министров попытались оспорить решения, принятые королем под влиянием советника-колдуна. Другие настаивали, что раскол только сыграет на руку Агонде.

– Сначала папа приставил к нам по дюжине стражников, потом заставил носить кучу безвкусных украшений! – возмутилась Эхиль, а я сжала зубы, чтобы не дать ей затрещину.

Я до сих пор помнила, скольких усилий стоило Кристофу зарядить те украшения. Внезапно она остановилась и схватила меня за руку.

– Лади!

– Что с ней? – сердце испуганно сжалось. Неужели без меня за птицей никто не ухаживал?

– Она в карете. Ну, то есть в клетке. Но клетка в карете.

Я рванула обратно. У карет уже суетились горничные сестер и королевская кухарка. Стражники, которые уже начали разгружать сундуки, показали, где стоит клетка. Я залезла в карету, моргая и пытаясь привыкнуть к полумраку.

– Лади, – позвала тихо.

– Крлы, – раздалось в ответ грустное, а потом уже радостнее: – Крррлы!

– Привет, милая. Иди сюда.

Я нащупала замок клетки и открыла его. Лади лежала, укрыв нос одним крылом. Она всегда так делала, когда из-за чего-то переживала. Я достала птицу и вытащила ее из кареты. Сестры уже топтались рядом. Кесли заворчала, сложив руки на груди.

– Не понимаю, с чего вдруг отец настоял на том, чтобы взять птицу с собой. Нам постоянно приходилось останавливаться из-за нее.

А я улыбнулась, зарываясь носом в золотистые перья. У меня были догадки, кто попросил папу отправить Лади в Брох. И этот кто-то сейчас стоял на крыльце дома и задумчиво смотрел на нас. Вернее, это я знала, что Кристоф смотрит задумчиво. А вот сестры, заметив высокую темную фигуру на ступеньках, испуганно замерли.