– Может, развяжешь, Йен… – не слишком уверенно попросила она, разом растеряв боевой настрой и послушно замерев в объятиях брата.

Снова тихий вздох, когда мои ладони скользнули по ее бедрам на талию.

– Не-э-э-эт, солнышко, – вкрадчиво отозвался Светлый, чуть прикусив чувствительную мочку. Эрин охнула в голос и выгнулась, крепко зажмурившись. – Ты заслуживаешь маленького наказания за свои шалости.

От ее прерывающегося голоса я окончательно перестал контролировать себя и рывком притянул к себе жену. Пока брат освобождался от одежды, не сводя с нас мерцающих в полутьме спальни глаз, я прислонился спиной к изголовью, устроил Эрин на коленях. Ощущение, что она в полной моей – и Йена – власти, кружило голову, пьянило, как крепкое вино, и подбивало на всякие непристойные фантазии, которым теперь можно дать волю. Что-то подсказывало, Эрин совсем не против смелых экспериментов в постели.

– Это… это ужасно… неприлично… – выдохнула она, пока я покрывал поцелуями нежную шейку.

Совершенно непередаваемое чувство – держать маленькую в руках и ощущать, как она тает от моих ласк, послушно подставляет под них свое восхитительно податливое, такое чуткое тело! Мм, люблю нашу девочку!

– Пра-а-авда? – легко приподняв ее за талию, посадил лицом к себе, с удовольствием созерцая легкий румянец смущения на этом чудесном личике. – Но тебе же нравится, да? – Мои ладони легли на упругую попку и чуть сжали.

– Да… – Она зажмурилась, прикусив губу, и добавила, совсем шепотом: – Хочу тебя… Олли…"

"Она это сказала, да!!! У меня закружилась голова, страсть плеснула огненной волной, окатила с ног до головы, и я впился поцелуем в приоткрытый рот, несильно сжав разноцветную шевелюру и заставив Эрин откинуть голову. Без вопросов, милая, как скажешь! Одним движением придвинул супругу ближе, приподнял и медленно, растягивая сладостное ожидание удовольствия, опустил. Эрианор застонала мне в губы, выгнувшись навстречу, а сзади к ней прижался Йен, срывающимся от переполнявших чувств голосом прошептав:

– А меня, милая?

Пришлось прервать поцелуй, дав ей возможность ответить на этот, несомненно, важный вопрос. Эрин изогнулась, повернула голову, с мечтательной улыбкой глянув на Йена.

– Да-а-а-а-а, – томно протянула она, и я понял, что связанные руки ее совсем не смущают, ну вот ни капельки.

О-о-о-о-о-о… Меня как с головой окунули в горячую патоку, я сжал тонкую талию и поймал взгляд затуманенных разноцветных глаз, на дне которых плавали огоньки.

– Покатаемся, шалунья? – сделал первое, нарочито медленное, дразнящее движение.

Зрачки Эрин расширились, из горла вырвался глухой, низкий стон.