Королевским указом с незапамятных времен. С тех пор, когда какая-то из девушек, видимо, настолько не впечатлила своим пением его величество, что он решил больше не допускать таких конфузов и издал указ, запрещающий обладательницам разноцветной шевелюры петь. В чем-то я был с ним согласен, далеко не всегда вокальные данные девушек, даже не разноцветных, вызывали восхищение. Петь надо еще уметь, и обладание приятным голосом вовсе не гарантирует наличие этого умения. Эрианор же… завораживала. Не знаю, где и у кого она училась, но готов низко поклониться неизвестному учителю, потому что лианоссе ЛасГаллен хотелось слушать и слушать.

Низкий мягкий голос звучал в ночной тиши, вызывая удивление – откуда в хрупкой девочке такие богатые бархатистые переливы? Незнакомые, но проникающие до глубины души слова, до самых потаенных уголков, как стрелы, бьющие точно в цель. Песня плыла над садом, и казалось, все замерло вместе со мной, наслаждаясь. Я купался в звуках, прикрыв глаза и впитывая всем существом этот божественный напиток, и понимал, что пропал. Столько всего было в этой песне – тоски, грусти, затаенного одиночества, – что хотелось немедленно прижать Эрин к себе, погладить по голове, успокоить и уверить, что все будет хорошо и она теперь не одна.

Как такое чудо могло вырасти у Кайла, и почему он до сих пор его прятал в какой-то глуши?!

– Лиа, вам нельзя петь! – Возмущенный и немного испуганный голос служанки прервал сладкое наваждение, и мне захотелось громко выругаться. – Немедленно вернитесь в дом!

Да чтоб тебе кошмары неделю снились! Сгинь, недоразумение! Я выдохнул сквозь стиснутые зубы, осознав, что все это время дышал через раз – в груди покалывало от недостатка воздуха.

Меня слегка потряхивало от избытка эмоций, сердце колотилось, как сумасшедшее, в голове бродили странные обрывки мыслей и образов, отголоски услышанной песни.

– Это почему еще нельзя? – В божественном голосе прорезались недовольные нотки. Она и говорила так, что заслушаешься. – Что за очередной дурацкий запрет?

Я не мог оторвать взгляда от ее недовольной мордашки, оказавшейся столь же богатой на эмоции, как и голос. Ну нет, вот эту назвать серой мышкой и тихоней просто язык не поворачивался.

Думать, что в ее глазах очень скоро может появиться знакомый страх и Эрианор будет так же шарахаться от меня, как и остальные разноцветные, оказалось неожиданно неприятно. Как и о том, что она может достаться Йену. Даже по этому краткому разговору со служанкой у меня сложилось впечатление, что у лиа ЛасГаллен есть характер. Хотя я могу ошибаться, и такая она, только когда Кайл не видит…

– Королевский указ! – Служанка возникла на балконе и ухватила разноцветную за руку.