– Йену будет интересно послушать, что ты тут затевала против нашей разноцветной. Он только и искал повод выставить тебя из Мирано. Но вот за это, – Оллер снова махнул перепиской, – тебя, любезная, можно еще и в тюрьму посадить, знаешь ли. Это в самом мягком случае. – Принц прищурился, насмешка пропала из голоса. – Ты же понимаешь, да, что тебе светит за планирование покушения на лианоссе ЛасГаллен?

Силы покинули Ниалону окончательно, она прислонилась к косяку, уставившись на Оллера невидящим взглядом. Тело охватила противная дрожь, а мысль, что ее могут казнить, совсем не укладывалась в голове.

Его высочество подошел ближе, крепко, даже больно ухватил за плечо и рывком поставил на ноги."

"– Прошу, миледи, – подчеркнуто вежливо произнес он и настойчиво подтолкнул Ниалону к выходу. – Нас ждет серьезный разговор.

Только увидев черный закрытый экипаж без опознавательных знаков и украшений, леди Тонвуд поняла, что окончательно проиграла. Что ж… Распускать сопли она не будет. Минутная слабость прошла, Ниа выдернула руку из пальцев Оллера, подняла подбородок и твердым шагом подошла к экипажу, хотя сердце сжималось от страха.

И вообще, девчонка же не пострадала, а лишать жизни за намерение, по мнению Ниалоны, слишком жестоко. Она готова даже навсегда уехать из Мирано, но – жить! Пусть и без голоса…

Эрианор

Сквозь сон смутно почувствовала, что кто-то из братьев – на ком спала, понятия не имела, но то, что под щекой не подушка, осознала, – осторожно пытается встать. Совершила подвиг: разлепила ресницы, увидела – Йен. Сознание сказало, оно категорически против, и вообще у него там чудный сон с бабочками, оно хочет досмотреть, и я с ним послушно согласилась, натянув одеяло до носа и уютно устроившись в объятиях… ну, Оллера, очевидно.

Его тело так приятно грело сзади… Через пару минут я уже крепко спала, и да, снова были бабочки.

Следующее пробуждение, уже окончательное, случилось от аромата. Тонкого, нежного, чуть сладковатого, но не приторного. В расслабленный мозг стукнулась робкая мысль, что вроде как запахи – вообще моя слабость, и было время, когда я даже коллекционировала духи: под настроение, к одежде, на все случаи жизни в общем.

Ага, как с шарфиками, они тоже мне безумно нравились. Виски предупреждающе кольнуло, перед глазами замерцали серебристые искры, и я не стала копаться дальше в памяти. Люблю шарфики и запахи? Ну, значит, люблю, а по какой причине, мне совсем не интересно. Потянувшись, я наконец открыла глаза, и перед моим ошалевшим взглядом оказался лежащий у лица букет из маленьких мелких цветочков насыщенного малинового цвета. Ой.

– С добрым утром, маленькая.