— А твой мир… он какой?

Так много хотелось ему рассказать, я слишком долго молчала. Мой старый мир был замечательным, о нем у меня остались только самые добрые воспоминания.

— Давай лучше я тебе покажу. Передам свои воспоминания.

— Хорошо, — Истен кивнул с готовностью и положил мои пальцы себе на виски.

И я показала ему самые яркие моменты, начиная с детства. Мою любимую бабушку с ее вкуснейшими пирожками с вишней, то, как она шила мне платье на старой швейной машинке. Как мы гуляли в парке, и я объедалась мороженым. В озере плавали белые лебеди, и я кидала им хлебные крошки, а потом каталась на колесе обозрения. В детстве казалось, что оно поднимало меня в самое небо."

"Показала всю красоту родного города, осенние березы с золотыми листьями, лес, где мы собирали грибы, дорогу, по которой ходила в школу. Я сейчас переживала все это, как в первый раз. И свой последний звонок, и поступление в медицинский университет. Свою учебу, подруг, первых пациентов. Наши студенческие турпоходы, горные реки, ущелья, величественные сосны — все, чем богата природа родного мира. Она не могла не понравиться Истену.

Показала и то, чего достиг прогресс в двадцать первом веке: самолеты, поезда, дороги, запруженные автомобилями. Современные операционные со всем оснащением. Телефоны, компьютеры, бытовую технику, которая работала без малейшей капли магии.

Когда я закончила передавать воспоминания, Истен смотрел на меня широко распахнутыми глазами. В них застыли потрясение, смешанное с любопытством. Он явно был впечатлен.

— Это и есть твой мир? Не ожидал увидеть ничего подобного. Он так отличается от нашего. А как работают все те штуки, которые ты показала? На магии?

Я негромко рассмеялась.

— У нас нет магии.

— Быть этого не может. Она ведь есть в тебе, не в этом теле, а именно в тебе, в душе.

Я неосознанно коснулась груди, где располагался источник. Уголек тоже что-то говорил про дух.

— Ты была сиротой? — спросил он с сочувствием.

Я пожала плечами.

— Отца я не знала, а мать меня бросила. Уехала в другую страну с новым мужчиной строить свою жизнь, в которой я оказалась лишним звеном.

Истен не ответил ничего, только привлек к себе и погладил по волосам.

— Такая, как ты, никогда не будет одинокой.

— Ты не передумал жениться на мне?

— А почему я должен передумать? Буду первым мужчиной, который женился на попаданке.

“Не первым” — подумала я, но смолчала. Выдавать секрет Эллен я не имела права. Если бы она хотела, то давно поведала бы о своем попаданстве всему миру.

Я обняла его в ответ и прижалась крепче.

— Я бы не хотела, чтобы кто-то еще узнал о моем попаданстве. Не сейчас. Может быть, когда-нибудь потом…

Шерриан со мной согласился. И вдруг в голове вспыхнула мысль, только она одна отравляла этот теплый искренний момент.