– В Штатах, майор, наиболее действенна форма допроса «плохой полицейский – хороший полицейский», – сказал он, словно объясняя что-то, понимания чего не находил в глазах Желябина, – но в России она не актуальна в связи с менталитетом налогоплательщиков. Русским людям решительно насрать и на тех, и на других. У нас в ходу противопоставление «ОПГ[3] – МВД», и это самый эффективный способ узнать правду. Чтобы им пользоваться в полной мере, нужно знать один незыблемый закон человечества: предают только свои. А ведь сыск, Кирилл Сергеевич, именно на этом и основан.

Вы не находите? Прочь туманные рассуждения о гражданском долге и патетическую риторику о законопослушности судимых в их «незапятнанном» прошлом депутатов Госдумы. Законопослушных людей не существует априори. Даже среди нас, ибо, защищая закон, что-нибудь да нарушишь. Ярчайший пример тому наше с Сидельниковым поведение четвертью часа раньше. И такова вся современная драматургия сыска. Теперь не будешь сверкать недоумением со своего лица?

Желябин принял сообщение от дежурного по ГУВД. План операции «Перехват», объявленной в городе, не принес никаких результатов.

Операция за истечением установленного инструкциями срока отменена, службы ориентированы на продолжение розыска синего «Мерседеса». Просто удивительно, как в городе с пятьюдесятью тысячами населения можно было потерять или просто не заметить роскошную иномарку, да еще со столькими приметами. Между тем это явилось фактом.

Как явилось фактом и то, что оперативники, направленные к троим указанным Шельминым автовладельцам Холмска, вернулись ни с чем.

Все три синих «Мерседеса», один из которых оказался темно-серым, второй темно-зеленым, а третий был действительно темно-синим, стояли в гаражах без признаков недавнего выезда за их пределы. Коноплянников, услышав об отдельном поручении следователя по особо важным делам из Генпрокуратуры, сам повел оперов в подземный гараж своего особняка. С Чертиловым особых проблем тоже не было. Когда услышал про темно-синий «Мерседес», он расслабился и сразу показал свой, темно-зеленый. А вот с зятем председателя Холмского райсуда Георгиеву пришлось повозиться. Зять почему-то запротестовал, решил, что неприкосновенность тестя распространяется и на него, стал проявлять признаки душевного волнения, выражающиеся в попытках звонить главе районного правосудия и требовать «ордер» и адвоката. Когда уверения в том, что ордера выдают только на квартиры, а ему предъявляется постановление на обыск по отдельному поручению следователя, не помогли, Георгиев позвонил Желябину, а тот передал разговор Кряжину.