Навсегда.

Она услышала тяжелый цокот копыт Бонни, шелестящих по зимней траве прежде, чем почувствовала отголоски разума большой кобылы. Ленобия очистила свои мысли и послала ей теплоту и приветствие. Бонни заржала в приветствии, которое было настолько низким, что, казалась, должно было исходить от того, кем ее называли многие студенты — динозавр, и это рассмешило Ленобию. Она все еще смеялась, когда Трэвис подвел Бонни к ее скамье.

— Нет, у меня нет вафелек для тебя, — улыбнулась Ленобия, лаская широкую, мягкую морду кобылы.

— Вот, возьмите хозяйка, — Трэвис бросил ей вафли, в то время как сам сел на дальний конец кованой скамьи со спинкой.

Ленобия поймала лакомство и протянула его Бонни, которая взяла его с удивительной нежностью для такого большого животного.

— Вы знаете, нормальная лошадь давно бы завалилась от такого количества этих лакомств, которыми Вы ее кормите.

— Она большая девочка и ей нравится ее печеньки, — протянул Трэвис.

Как только он сказал про печенье, кобыла повела ушами в его сторону. Он рассмеялся и прошел мимо Ленобии, чтобы накормить ее следующей вафлей. Ленобия покачала головой.

— Избалованна, избалованна, ужасно избалованна, — но в ее голосе чувствовалась улыбка.

Трэвис пожал широкими плечами.

— Мне нравится баловать мою девочку. Всегда нравилось. И всегда будет нравиться.

— Я испытываю то же самое к Муджаджи. — Ленобия погладила широкий лоб Бонни. — Некоторым лошадям требуется особый уход.

— Ха, значит для вашей кобылы — это особый уход. А моя избалованна?

Она встретилась с ним взглядом и увидела сияющую улыбку.

— Да. Так и есть.

— Конечно, — произнес он. — Сейчас Вы напоминаете мне мою мамочку.

Ленобия изогнула брови.

— Должна вам сказать, это звучит очень странно, господин Фостер.

И тогда он громко рассмеялся — полный счастья звук, который напомнил Ленобии рассвет."

"— Это комплимент, м-э-эм. Моя мама настаивала, чтобы все было по ее мнению и только по ее. Всегда. Она была упряма, но это компенсировалось тем, что она была почти всегда права.

— Почти? — спросила она многозначительно.

Он вновь рассмеялся.

— Знаете, если бы она была здесь, она сказала бы то же самое.

— Вы часто скучаете по ней, не так ли, — сказала Ленобия, изучая его загорелое, чуть морщинистое лицо.

""Он выглядит старше своих тридцати двух, но как-то приятно,"" — подумала она.

— Да, — тихо произнес он.

— Это очень многое говорит о ней, — заключила Ленобия. — Довольно много хорошего.

— Рейн Фостер была довольно хороша.

Ленобия улыбнулась и покачала головой.

— Рэйн Фостер. Необычное имя.

— Нет, если ты был ребенком цветов в шестидесятых, — ответил Трэвис. — Ленобия — вот это необычное имя.

Ее ответ слетел с языка без раздумий.