И к моему возвращению все будет, как и прежде. Никаких страстей и слез в подушку. Или я натравлю на тебя всю толпу охраны моего мужа.

— У меня у самого такого добра по горло, — пробормотал Данил, намекая на машину сопровождения, в последнее время следующего за каждым его шагом, — Спасибо папе.

— Я предупредила, — прищурилась Ядвига, закончив вытирать руки салфетками.

Разговор друзей закончился очень вовремя. Поскольку в дверях появился помощник тамады, приглашая невесту вернуться в зал к гостям. Оказывается, друзья жениха и подруги невесты уже выполнили все задания и условия, необходимые для освобождения похищенной Яги.

Ядвига Петровна, бросив на друга последний долгий взгляд, величественно удалилась. А Арканов еще несколько минут мыл руки под проточной ледяной водой, рассматривая прозрачную струю невидящим взглядом.

***

Ядвига Петровна в своей жизни так не хохотала, как в это самое мгновение. Слезы застилали взгляд, бока и ребра болели от громкого смеха, а челюсть практически свело судорогой. И, судя по звукам, что издавали собравшиеся гости, Ядвига была не одинока в своих чувствах.

— Розовый тебе к лицу! — кое-как выдавила из себя Ягушка, махнув приятелю рукой.

Бек оскалился, манерным жестом отбросил за спину волосы нежно сиреневого цвета и поправил розовый чепец на голове. Искусственные и вьющиеся локоны мешали обзору, но парень не сдавался. На что только не пойдешь ради друга на его свадьбе? А если еще и невеста этого самого друга прозрачно намекнула, что хакнет всю его переписку… Словом, выбора у Беккера-Штерна не было. И во время торжества ему по инициативе тамады пришлось-таки облачиться в розовую пижамку с огромным логотипом на груди «Папина гордость», чепчик, парик и прихватить двухлитровый бутыль с соской и чем-то жидким внутри. К счастью Бека «чем-то жидким» оказался коньяк, и спустя десять минут позора парень уже даже не возражал, когда радостные и веселые гости запихивали крупные купюры в огромный мешок с надписью «Дочке на пеленки», промахивались и складывали деньги то в карманы переодетого Бека, то под ремень его брюк, то в вырез пижамки. Парень аратно бегал от столика к столику к гостям, стараясь собрать максимально больше денег, чем его оппонент.

Этот самый оппонент выглядел, вернее, выглядела, естественно, гораздо привлекательнее. Емельяна — брат-близнец Беккера, была одета в точно такой же костюм-пижамку, но синего цвета. На красиво уложенных волосах каким-то чудом держался небольшой чепчик, как у горничных из фильмов для взрослых, но нежно-голубого цвета. За собой девушка волокла такой же огромный мешок, как был и у Бека. Надпись на нем гласила «На пеленки сыночку». И судя по купюрам, что опускались в мешок, чете Ажуровых пророчили именно сына.