И как бы ни было мне неприятно сейчас, я согласна с ним, что открытый скандал будет большим злом, чем правда.

У нас через неделю свадьба дочери, которая явно на ранних сроках. Я бы не хотела омрачать ее начало семейной жизни дрязгами с Богданом.

'Аркашу ждут сложные вступительные экзамены, другая страна и непростая учебная программа.

Это и так мощный стресс, а тут сверху бьет новость, что его отец, которого любит и уважает, как сын, годами нас обманывал. Это будут жопа.

Мои пожилые родители не могут похвастаться здоровьем. У отца в прошлом году была операция на сердце, а у мамы — высокое давление и высокая вероятность того, что может накрыть инсульт.

И о себе не стоит забывать.

Вот и выходит, что правда может стать настоящим апокалипсисом для моих детей, близких и самой меня, потому что сейчас у меня очень мало сил.

На бортике ванной вибрирует телефон.

Доча звонит.

Не хочу отвечать.

Она сейчас вся в мыслях о свадьбе, о белых цветах, о платье и о том, что это будет самый счастливый день в ее жизни.

И этот день я могу испортить.

— Да, доча?

— Ма, — тянет Светуся, — слушай, давай… — смеется и шепчет на сторону, но я все отчетливо слышу, — блин, Андрей, прекрати… — вновь орбащается ко мне, — на часик перенесем?

— Будущей теще привет… — раздается смешливый голос моего будущего зятя, — каюсь, это я причина того, что встречу придется перенести.

Света опять смеется.

От ее озорного и легкого смеха сжимается сердце.

— Хорошо, мамуль?

— Хорошо, — киваю.

Звонок обрывается. Сижу минуту. Надо, наверное, предупредить флористку, что встреча переносится на час.

И да, я права. Светуся позвонила мне, а о флористике Кате забыла. Молодость онатакая.

Глупая и эгоистичная.

Накидываю халат на плечи. Затягиваю пояс поверх живота под раздутой грудью, глядя на свое отражение.

Бледная, а глаза красные и опухшие.

Через пять минут, я замираю у дверей столовой, из которой доносится тихий напряженный голос

Богдана:

— Где она может быть? — пауза. — Кристина, ты понимаешь, что это проблема?

Как она вышла на мою жену, м? — опять замолкает и медленно вздыхает, — не реви… Найдут ее…

— ОЙ… — шепотом ойкаю. В моем животе опять кувыркаются.

За дверью воцарилось тяжелое молчание, а после следует:

— С тобой на связи будет Павел. Найдут.

А я все не решаюсь зайти в столовую даже после того, как я выдала свое присутствие.

Я даже пячусь, но Богдан распахивает широко двери, и я его пугаюсь впервые за весь наш брак.

У него все лицо заострилось.

Скулы и подбородок выступили вперед, а глаза недобро сощурены.

— Кристина? — шепотом спрашиваю я.

Богдан молчит и продолжает на меня щуриться.

Я знаю одну Кристину из его прошлого. Это школьная подруга его младшей сестры Иришки, которая младше нас на пять лет.