Я пытаюсь захлопнуть дверь, но мои усилия не идут ни в какое сравнение с его грубой силой.

С извращенным намерением, покрывающим ее.

Я физически отшатываюсь назад, когда он с силой распахивает дверь, кажущуюся бесстрастным, без усилий, как будто ему не составило труда устранить препятствие на своем пути.

И я искренне думаю, что это не так.

Он пробирается в ванную, закрывая дверь с призрачной медлительностью.

Я в ловушке с монстром.

С прекрасными жестокими чертами лица, греховным телосложением и без маски.

Он даже не притворяется, что теперь не будет со мной церемониться, не так ли? Никаких обещаний, что я не сделаю тебе больно или не трахну тебя, если ты отсосешь.

Это он без шрама.

Я бы хотела, чтобы это был просто шрам, который, если я попытаюсь содрать с него кожу, рухнет.

Но это его истинное лицо. Никаких шрамов, которые нужно скрыть, и никакой альтернативной реальности, которую нужно найти. И я должна быть вне его досягаемости.

Сейчас.

Я поворачиваюсь к двери туалета; мое последнее средство — запереться там.

Два шага — это все, что я успеваю сделать, прежде чем меня отбрасывает назад безжалостная хватка за волосы.

Я вскрикиваю, но звук заглушается жесткой рукой, зажавшей мне рот, когда моя спина ударяется о его грудь.

— Шшшш. — Его губы касаются моего уха, такие грешные и темные, что у меня сводит живот. — Ты же не хочешь, чтобы твой брат вошел и увидел, как его сестру трахают?

Я судорожно качаю головой, но не для того, чтобы согласиться с ним. А чтобы он прекратил этот гребаный фарс.

— Как он тебя назвал? — Его голос звучит непринужденно, но это не так. Это лава, выплескивающаяся из вулкана. Ураган, который выворачивает океан наизнанку.

—Точно, маленькая принцесса. Думаешь, он все еще будет называть тебя так же, когда увидит, как его сестренку трахают моей спермой?

Мое ядро сжимается, и я пытаюсь оттолкнуться от него, но чем больше я это делаю, тем крепче его хватка сжимает мои волосы. Это очень больно, и на глаза наворачиваются слезы.

— Держу пари, ты мокрая, как маленькая грязная шлюшка. — Он без труда спускает мои шорты, так что они опускаются вокруг моих лодыжек, и просовывает безжалостную руку внутрь моего нижнего белья, обхватывая меня.

— Я знал, что ты будешь мокрой для меня, детка. Тебе нравится, когда тебя ласкают, пока ты не можешь дышать. Тебе нравится, как я лишаю тебя воли. Тебя это заводит, не так ли? Признайся, тебе не нравится моя хорошая сторона. Ты гребаная шлюха для моей дьявольской стороны.

Я кричу «нет», но это вырывается как призрачный звук из-за его руки. Выходит как большая жирная ложь, в которую я уже не знаю, верю ли сама."

"Киллиан отодвигает в сторону мое нижнее белье и вводит в меня три пальца одновременно.