Бетани подавила смешок. Самым главным в его жизни были возложенные на него обязанности, и он всегда их выполнял.

Она наблюдала, как кареглазый Лео с беспощадным нетерпением рассматривает толпу гостей. «Он уже выглядит раздраженным». Она прерывисто вздохнула. И вот его взгляд остановился на ней. Это было неизбежно. У нее засосало под ложечкой и внезапно закружилась голова. «Я сама решила с ним встретиться», — напомнила она себе.

Бетани заставила себя выпрямиться и стала ждать, когда Лео к ней подойдет. Скрестив руки на груди, она старалась выглядеть равнодушной, но все-таки вздрогнула, вспомнив, что ей не удавалось противостоять ему прежде.

Лео отпустил телохранителей, едва шевельнув пальцем, и, не сводя с Бетани взгляда, подошел к ней. У нее пересохло в горле. Ей хотелось уйти прочь, но она знала, что Лео пойдет за ней следом. Она выбрала арт-галерею местом встречи намеренно, решив, что на людях Лео не позволит себе над ней издеваться.

Теперь все будет по-другому. Отмахнувшись от воспоминаний, она расправила плечи.

Встав перед ней, он настойчивее вперился в нее взглядом. Бетани затаила дыхание, уже ощущая, как в теле просыпается знакомое желание, побуждающее ее подойти к нему ближе и упасть в его жаркие объятия. Как прежде. Нет, все изменилось. Она больше не наивная, слабая девушка, к которой он так небрежно относился восемнадцать мучительных месяцев, пока они состояли в браке. Тогда она не умела за себя постоять. Бетани никогда не будет прежней. Три года назад ей пришлось приложить немало усилий, чтобы измениться.

Лео молчаливо смотрел на нее, слегка прищурив глаза. Он выглядел бы скучающим, если бы не мрачная напряженность его волевого лица.

— Привет, Бетани, — произнес он намного язвительнее, чем прежде. — В какую игру ты играешь сегодня? Я тронут тем, что ты решила встретиться со мной — спустя столько времени.

Решив не трусить, она откинула голову назад и, посмотрев на него в упор, сказала:

— Я требую развода.

Она очень долго репетировала разговор с Лео, намереваясь быть с ним спокойной, хладнокровной и решительной."

"— Мне тоже очень приятно тебя видеть, — ответил Лео по-английски с британским акцентом. С холодным осуждением он осмотрел ее тщательно уложенные темно-каштановые кудри, скромный макияж и строгий черный костюм. Она намеренно оделась неброско, чтобы намекнуть ему, что их разговор носит исключительно деловой характер.

Лео продолжал говорить угрожающе-спокойным голосом, его взгляд стал суровым.

— Я не знаю, почему удивляюсь тому, как ты меня приветствуешь после того, что сделала.

— Тебе придется меня простить за то, что я не желаю с тобой любезничать, — сказала она максимально спокойным тоном, словно не замечая резкого взгляда Лео. — При наших-то обстоятельствах.