— Деньги ещё никому не мешали, как считаешь?

— Такие деньги мне не нужны!

— Ну, знаешь, — усмехнулась я. — Молодая ты ещё, и глупая. Деньги не пахнут. Столько, сколько здесь, ты не получишь больше нигде. Да, я не скрываю, что мы будем на тебе зарабатывать. Но ведь не безвозмездно же, ты будешь иметь процент с каждого клиента. Соберёшь деньги — откупишься.

— Вы не заставите меня. Проще убить сразу… — девушка снова захлюпала носом, её накрывала истерика.

— Ой-ли, — покачала я головой. — Мы и не таких обламывали. Подумай, девочка. Идти против нас тяжело, поверь моему богатому опыту.

Достаточно на сегодня. Пока я от нее ничего больше не добьюсь. Пора сворачивать этот разговор. Я подняла телефонную трубку и набрала номер:

— Саша, свободная комната для нашей гостьи имеется? Отлично, будь добр, отведи девочку.

Посмотрела на плачущую девушку. Словно маленький воробушек после дождя она тряслась мелкой дрожью, тонкими пальцами вцепилась в собственные коленки. Даже посочувствовала если бы во мне осталась хоть капля жалости и совести.

Дверь открылась, и мужчина позвал Вику:

— Вставай, пойдём в твою комнату.

— Саша, — обратилась я к нему. — Проследи, чтобы Виктория хорошо поела и помылась, и сразу спать. Завтра насыщенный день.

— Конечно, Маргарита Николаевна. Не беспокойтесь, сделаем всё в лучшем виде, — ответил он.

— Иди, тебе нужен отдых, — обратилась я к ревущей девчонке.

* * *Вика.

На плохо слушающихся ногах я пошла прочь из кабинета, еле разбирая дорогу сквозь пелену слёз, и молча следовала за ведущим.

Проведя меня по коридорам, мужчина открыл дверь одной из комнат:

— Входи.

Я зашла внутрь, Саша зашёл следом и достал ключ.

— По всем вопросам, если что-то нужно, обращайся ко мне. Вот телефон, он работает только на связь по дому. Можешь позвонить, и я приду. Ещё мне придётся тебя закрыть. Извини, так уж принято. Новенькие всегда несколько дней на карантине. Ну, я пошёл, отдыхай. Позже тебе принесут поесть.

Мужчина вышел, закрыв дверь на ключ. Его шаги вскоре стихли, и я осталась одна в тишине. Больше не могла сдерживаться. Меня накрыла горькая волна истерики, слезы душили так, что невозможно вдохнуть. Я осела по стене и начала рыдать.

Глава 4

Вика.

Я не помнила, сколько меня били рыдания. Очнулась я уже в кровати. Изумленно огляделась вокруг и потрясла головой. Как я оказалась в постели? Не помню этого. Нахмурилась и напрягла память. Куски воспоминаний стали возвращаться и складываться в одну картинку.

Вчера я упала на пол и плакала, плакала, пытаясь освободиться от жгущих душу эмоций. Мне стало очень холодно, и я кое-как доползла до кровати, стянула одеяло и, взобравшись на постель, укуталась, да так и провалилась в забытье.

Перевела взгляд на окно.