— Именно так, бета Винс, — устав склонять голову, Серебрянка огрызается, а я вместе с ней."

"Хватит мной понукать и обращаться, как с бесправной вещью. Я — такой же член стаи, как и все. Хотя нет, если брать в расчет, что я — омега, это ставит меня совершенно на другой уровень. Делает самой ценной самкой нашего предела.

— Ух, как заговорила, — лыбится довольно Ноев, словно впервые замечает во мне не тихую мышь, а того, кто может показать зубы, если его обидеть. — Горячая что ли? Это хорошо, Мия. Я люблю своенравных самок… укрощать и объезжать.

— Что? — распахиваю широко глаза, поражаясь прямоте оборотня.

Такого откровения от него мне ни разу не доводилось слышать.

— А что ты удивляешься? Твой отец хотел, чтобы я стал твоим мужем. Хотел сильное потомство понянчить. Так выполним последнюю волю вожака, лыбится мерзавец. — Готовься, как только гости разъедутся, мы вплотную займемся зачатием волчат.

— Но, я не хочу, — отодвигаюсь в кресле как можно дальше, особенно замечая облизывающий губы язык.

Винс мне противен.

— А сейчас я очень хочу тебя попробовать, — резко подавшись вперед, схватив за плечо и выдернув с сидения, оборотень стискивает в жестком захвате.

Одной рукой наматывает на кулак косу, запрокидывая мою голову вверх, что не рыпнешься, и впивается поцелуем-укусом в шею, доставляя боль.

Второй рукой задирает подол платья и больно сжимает бедро, стремясь забраться в нижнее белье.

— Перестань, — бью кулаками по груди, плечам.

Везде, где могу дотянуться. А когда этот ненормальный кусает меня за губу, улыбаясь шальной улыбкой маньяка, не сдерживаюсь и бью по лицу.

Винс успевает перехватить руку в последний момент и ловко вывернуть её за спину. Вскрикиваю от боли, но сопротивляться не перестаю. Кусаю гада в ответ, ощущая во рту мерзкий привкус железа.

Значит, до крови.

Радуется Серебрянка.

— Дикая кошечка, — лыбится псих, демонстративно медленно слизывая темно-алую каплю. — Я с огромным удовольствием научу тебя уважать меня, как своего господина и вожака. Готовься, дикарочка. Мягким я не буду. Так что смирись и не жди пощады. Я люблю грубый секс.

— Нет, — качаю головой, отскакивая к двери в ванную комнату, как только он мне позволяет.

— Да, Мия, тебя давно пора использовать по назначению, как элитную самку, а не носиться, как с писаной торбой.

Глава 9

Как только Винс отступает от меня на шаг, переключая всё внимание на сотовый телефон, поправляю одежду и, сдерживая внутреннюю дрожь и норовящую выбраться наружу Серебрянку, вытираю саднящие губы.

Да, моя волчица буквально вибрирует от желания вцепиться бете в шею. Только не для того, чтобы поставить брачную метку, а с целью перегрызть горло мерзавцу, посмевшему ей угрожать, насиловать и прогибаться под себя.