Джорджи, которой все труднее было бороться с собой, старалась не замечать этого.

— Я всегда мечтала иметь дом с садом, — промолвила она со вздохом.

— Ты могла бы себе это позволить, если бы не твоя гордость и упрямство. Денег на счете Никки более чем достаточно."

"— Я ни за что не сняла бы с этого счета ни цента, пока считала, что ты не веришь в свое отцовство... Но ведь важно лишь то, что происходит сейчас, правда? — спросила Джорджи неожиданно для самой себя.

Анголос взглянул на ее маленькую, изящную ладошку, которой она накрыла его руку, и невольно улыбнулся.

— Да, — согласился он.

Джорджи погрустнела. Она так долго пыталась забыть Анголоса, и вот он перед ней, и она снова не может устоять. Все преграды, которые она строила долгих три года, рухнули в один миг.

Анголос заметил, что в глазах Джорджи застыли слезы.

— Тебе нехорошо? — спросил он с беспокойством. — Что случилось?

Джорджи неопределенно покачала головой

— Все в порядке, — пробормотала она, стараясь не расплакаться. — Просто... — Она снова покачала головой. — Иногда я мечтаю...

— Ты хотела бы, чтобы все сложилось по-другому?

— Если бы ты всегда был рядом.

— Тебе будет легче, если мы возьмем няню?

— Я устала не в этом смысле. — Джорджи закрыла глаза. — И мне не нужна помощь няни.

— Но ведь нас только двое.

— Мы его родители, Анголос, и сами должны воспитывать нашего ребенка.

— Я не жалуюсь. Упущенные моменты жизни становятся для меня драгоценнее с каждой секундой, — прошептал Анголос.

Он провел кончиком языка по ее шее и добрался до уха. Что-то дрогнуло внутри ее.

— Например, такие?

— И эти тоже, голубка моя... и эти тоже...

Он сказал это так чувственно, что Джорджи задрожала. Глаза их встретились. Но она быстро отвела взгляд и отстранилась от него.

— Пойдем, — произнесла она и протянула ему руку, — я хочу посмотреть, что там дольше,

Анголос взял ее за руку, и они прошли в соседнюю комнату.

Судя по всему, это была главная спальня.

— Я никогда в жизни не спала на такой огромной кровати, — выдохнула Джорджи, в изумлении уставившись на массивную, украшенную резьбой кровать с балдахином.

— Я не придавал особого значения размерам кровати, — каким-то странным голосом произнес Анголос. — Но сейчас мне вдруг захотелось спать именно на такой.

— Мне тоже.

В комнате воцарилась тишина. Джорджи едва могла дышать. Когда она посмотрела на Анголоса, все поплыло перед глазами, Он притянул ее к себе и поцеловал. Так страстно и пылко, что Джорджи забыла обо всем на свете.

— А я все это время убеждала себя, что ты мне безразличен, — сказала она, с трудом оторвавшись от его губ.