Давайте лучше подумаем, чего хотим мы оба.

— И что же это, по-твоему? — с иронией спросил Роберт.

— Мы оба хотим, чтобы Джорджетт была счастлива, и я могу сделать ее счастливой. — Не дожидаясь ответа, Анголос вышел.

Джорджи кожей ощутила его присутствие в комнате.

— Он заснул.

—Я вижу, — ответил Анголос, посмотрев на спящего малыша. — Потрясающе, — прошептал он нежно. — Как ты себя чувствуешь?

— Не очень хорошо, ведь моя семья отказалась от меня.

Анголос услышал в ее голосе обиду и боль.

— Это тебя мучает?

Джорджи пожала плечами.

— Сделай для меня одну вещь, — попросила она.

— Обними меня, потому что мне сейчас очень одиноко,

Неужели я сказала это вслух? Анголос взял ее лицо в свои теплые большие ладони.

— Ты не одна, — прошептал он. — Я рядом.

— Кажется, я схожу с ума. Какие глупости я говорю! — произнесла она, чувствуя, что из глаз катятся слезы. ~ Наверное, мне надо выпить что-нибудь.

— Значит, я тебе не нужен? — спросил Анголос тихо.

— Я совершаю ошибки, — ответила она, — но не повторяю их. — Самообладание вернулось к ней.

Во взгляде Анголоса уже не было недавней нежности.

— Я возьму на себя все, связанное с перелетом, и позвоню тебе, чтобы обсудить детали, — сказал он сухо.

— Какой еще перелет?

— Ты не понимаешь, о чем я говорю? — спросил он с раздражением. — Сегодня вечером я улетаю в Грецию, чтобы сделать все необходимые приготовления к вашему приезду.

— Ты думаешь, я брошу все и немедленно полечу к тебе?

— Не вижу причин откладывать твое возвращение, тем более что у тебя будет время разобраться со своими делами, пока я все улажу.

— Конечно, ты не видишь причин.

— В чем дело? Я согласился на все твои условия. Я не против, чтобы твои родные приезжали к Никки, хотя мы не испытываем симпатий друг к другу.

Не стоит вести себя неблагоразумно, Джорджетт."

"— Помнится, кто-то говорил «я сделаю все, чтобы быть рядом с сыном», а теперь ты угрожаешь мне? — спросила она с иронией. — Я не могу вот так сразу бросить все и уехать, у меня здесь есть определенные обязательства.

Лицо Анголоса стало каменным.

— Он знает, что ты замужняя женщина? – спросил он, стараясь быть равнодушным.

Джорджи покачала головой.

— Он? Ты когда-нибудь перестанешь говорить загадками? — И тут до нее дошел смысл его слов. Она вспыхнула от гнева.

— Ты ничуть не изменился!

— У тебя что, никого нет? — спросил Анголос. — Тогда о чем ты говоришь?

— Я работаю, Анголос. По договору я обязана появляться в школе. И не могу бросить моих коллег в трудном положении. Надо найти мне замену, значит, мне нужно проработать хотя бы до каникул.

— И когда же начинаются каникулы?

— В конце октября.

— Так не пойдет, это слишком долго. Я смогу что-нибудь сделать, чтобы тебя отпустили немедленно.

Джорджи не сомневалась, что Анголос сможет сделать все, что захочет.